Увы, это была правда. Чтобы выманить Детлаффа мы воспользовались помощью первого вампира. И так я узнал, как можно к нему попасть. А также понял, что несмотря на всю мощь моих мутаций, ему я совершенно не могу противостоять. Его магия игнорировала руны, амулеты, знак Квен и все прочие, как будто ничего этого не было. После окончания всей этой истории в Тусенте, я не забыл о приюте, где детей разводили как корм. Я рассказал об этом Ламберту и Эскелю и мы загорелись идеей это исправить. Убить бруксу, хозяйку приюта было не сложно. Даже с учетом того, что она призовет на помощь несколько других вампиров. Но мы были в непосредственной близости от логова первого. И я объективно его боялся. В какой-то момент у меня было ощущение, что я смогу противостоять кому угодно. Не то чтобы я возомнил себя бессмертным и неуязвимым. Но хотя бы посопротивляться смогу. Первородный вампир развеял это ощущение. Я понятия не имел как он среагирует на такое наглое нападение на одного из своих. И понимал, что, если он вмешается, тремя ведьмаками в мире станет меньше. Так рисковать не хотелось. И тогда мы сделали следующее. Я твердо знал по опыту, что вампир может и будет читать мои мысли. А значит, если я во что-то верю, то и он будет думать, что это правда. Я написал завещание на все свои средства в пользу Золтана. С условием, что в случае моей гибели он взрывает горный массив прямо над логовогом вампира. Конечно взрыв и обвал не нанесут ему никакого вреда. Но сеть пещер в районе разлома окажется уничтоженной. И ему придётся либо снова прорубать их магией, что даже для него вероятно не просто. Либо смотреть на разлом с тоской с расстояние в лигу, сквозь толщу породы. Для пущей красноречивости мы купили целую телегу пороха — гномьего изобретения, взрывчатого вещества. И отправили на ней, в район прямо над логовом, Ламберта. Чтобы первый взрыв последовал сразу же после того, как меня убьют. А потом гном закончил начатое. Сам же я, стараясь как можно ярче представлять взрывы и обрушения в подземелье, к которым приведет моя гибель отправился на вторую встречу с этой тварью. Наш план сработал. Вампир меня не убил. И мы перешли к той части, когда я рассказываю о том, что мне нужно. Он легко согласился не вмешиваться в убийство бруксы. Что мы и осуществили в тот же день. Конечно искренний детский плач немного омрачил наш триумф. И так мы стали владельцами оравы сирот. Которые поначалу нас еще и ненавидели. Но дети отходчивы и быстро к нам привыкли.
— Да это правда. Я немного подстраховался, прежде чем освободить тех детей.
— Дети были рады своему освобождению? — проницательный вампир, не удержался от легкого укола. — Тем не менее это был самый глупый план, который сработал за последнюю сотню лет. Во-первых, надо было просто посоветоваться со мной для начала. До твоего появления у него, первородный вообще не знал о существовании низших вампиров. Таких как бруксы или эвиксы. Ему не было дело до того, что происходит в этом мире. Ты мог убивать кого угодно и где угодно и ему не было бы до этого дело. Тем более вампира такого ранга.
— И как мне было связаться с тобой? Я напомню, тебя не просто найти.
— Да, таковы правила. Нельзя, чтобы ты мог первым меня найти. Но вы могли подождать моего следующего появления. Но нет, вам же не терпелось.
— Ты мог появиться через три месяца. А мог через год.
— С моей точки зрения, это допустимые периоды ожидания. Ну да ладно. Далее ваши угрозы были абсолютно беспочвенны. Совет обладает достаточной властью и возможностями, чтобы предотвратить это. Отобрать все твои деньги, выставить охрану, да что угодно. Деньги и наемники легко решили бы эту проблему. Но первый слишком долго оторван от реальности и совершенно ее не понимает. А главное, не хочет понимать. Поэтому твои образы в сознании, смогли его убедить. А совет узнал об этом только много позже. Совету плевать на бруксу. Но угроза первому. Многие из нас относятся с некоторым пиететом к этому существу. И поэтому принято решение убить тебя.
— Надеюсь, ты голосовал против. — усмехнулся я.
