— У меня к тому моменту уже не было права голоса. Но он не имел бы решающего значения. У нас есть правила. Я не могу помогать тебе, но могу поделиться информацией, пока для этого нет прямого запрета. Я не хотел бы, чтобы ты погиб. И, по-моему, твои шансы не так уж и плохи. Если бы совет решил всерьез от тебя избавится, тогда проблема была бы серьезней. Но пока это вопрос скорее чести, чем реальной угрозы нам. Потому что ты не нанес вреда, ты нанес оскорбление. Среди нас тоже есть прогрессивные и реакционные представители. И пока убить тебя хотят скорее консерваторы. Поэтому они собираются сделать это лично. Два высших вампира. Если бы они просто дали существенную цену за твою голову, то тогда на тебя началась бы охота и рано или поздно кто-нибудь до тебя добрался. Но в текущем раскладе у тебя есть шанс. За многие века никто не мог одолеть высшего вампира. Мы были достаточно умны, чтобы не ввязываться в схватку, которую не можем выиграть. И достаточно могущественны, чтобы таких схваток было не много. Детлафф был первым из нас кто погиб. А до него ближе всего к гибели был я, в схватке с Вильгефорцем. Тогда я не до оценил силу этого мага. Точнее его скорость. Магия сложная штука. Запас сил у Йенифер, Филипы или даже Фрингильи Виго был больше чем у Вильгефорца. Но вот скорость, с которой те могли бы набрасывать заклинания и вливать в них силу, тут магу не было равных. Поэтому он успевал и снимать мои защиты и накидывать достаточно атакующей магии, чтобы практически уничтожить мою телесную оболочку. Конечно после этого от его потенциала мало, что осталось, он выложился. И вы смогли его одолеть. Но и я провел несколько десятков лет собирая свою плоть по кусочкам. Высшего вампира нельзя убить полностью. Это невозможно. Только другой высший вампир может это сделать. За всю историю это было совершенно единожды. Я убил дух Детлаффа после того, как ты уничтожил его телесную оболочку. Зачем я так поступил? Мне было любопытно, и правила в тот момент это позволяли. Он был вне законов. Я надеялся, что, попробовав сделать это, я изучу это явление и найду лазейку в возможной борьбе против своих собратьев. Всегда приятно иметь козырь в рукаве. Этого мне сделать не удалось. Но для тебя важно то, что убить одного из них полностью ты не сможешь. Но чем сильнее пострадает плоть, тем больше времени займет создание нового тела. Вампир не уязвим для простого оружие, но серебро и магия могут ему навредить. По мне прошлись парой заклинаний и мне понадобились десятки лет и вы сочли меня мертвым. Я полагаю ели после поражения вампира сколь-нибудь усердно уничтожить его плоть, измельчить серебряным мечом, например, тогда до обретения новой телесной оболочки пройдет три-четыре века. Я думаю это твой шанс. Держи при себе чародейку и пару хороших бойцов с серебром так, чтобы это не сильно бросалось в глаза. Любой из нас обладает магией. Но даже чародейка средней руки сможет нейтрализовать большую часть атакующих заклинаний. И если мои собратья окажутся достаточно глупы, чтобы атаковать, у вас будут неплохие шансы. Любой из нас великолепный боец и сможет выдержать множество ударов даже хорошего серебра. Но это все же лучший расклад, чем если они просто задействуют все доступные нам ресурсы. А пока, насколько я знаю, все идет к тому что они постараются сделать это лично. Я не знаю, когда это случится. Думаю, в ближайшие месяцы, может быть полгода. Но я очень советую тебе быть готовым. Мы не сможем больше встречаться какое-то время. Я появлюсь, когда в этом будет необходимость.
— Неожиданно — сказал я растерянно.
— У всех действий есть последствия друг мой.
— Но прошло сколько уже? Два года. Почему сейчас?
— Во-первых, первый нечасто контактирует с нами, и мы узнали поздно.
— Мы. На чьей ты стороне Регис? Могу ли я тебе доверять?
