Так сохраняя строй, мы пятились к дверям. Двое стражников с криком бросились на нас. Это могло спровоцировать всех остальных на ненужное геройство. Я бросил на встречу легкий Аард, чуть сбивающий концентрацию, как удар в нос, но оставляющий на ногах и резким выпадом убил ближайшего нападавшего. Второй остановился, метнул в меня кинжал. Мой клинок был в теле первого нападавшего и клинок скользнул по панцирю. Трисс открыла двери и сразу ударила магией. Отсюда чувствовалось, что на это раз она бьет на поражение. Что-то сразу загорелось, будет пожар, мой тонкий нюх уловил гарь внутри таверны. Эльф выстрелил внутри последний раз и юркнул за ней. Последним вышел я. Группа людей барона, которую мы приметили еще при входе, страдала от ярости чародейки. Огонь отбил их желание кинуться в драку. Те, кто не получил серьезных ожогов и мог стоять на ногах ограничились стрелами. Чародейка справлялась, эльф на ходу отвечал. Мы быстро двигались от места происшествия, надо было добраться до нашего логова, где был подготовлен портал. Я с тревогой бросил взгляд на Трисс. Она очень самоуверенная и могла потратить слишком много сил. Если она не откроет портал, то уйти от погони будет очень непросто. Из переулка выбежала группа стражников. Судя по топорной экипировке городской патруль, не люди барона. Явился на шум. Я не задумываясь бросил в них сильным Игни, что опередить Меригольд и не дать ей вмешаться. Этого оказалось достаточно. Остаток пути до логова мы пробежали без приключений. Люди барона не стали изо всех сил преследовать нас, а городская стража не успела среагировать достаточно оперативно. Трисс отдышалась секунд тридцать и начала приготовления. Эльф внимательно следил из окна за улицей, расположившись так, чтобы его не было видно. Скоро в открывшемся овальном окне я увидел сочную зеленую траву. Пасторальная картина одинокой сельской охотничьей заимки. Я скривил рот и шагнул в портал первым. Затем на поляне появились эльф и чародейка. Сквозь закрывающееся окно портала я успел увидеть пламя — Трисс подожгла нашу берлогу, чтобы не оставить лишних следов. Дай Милэтеле, чтобы в пламене пожара в этой наемной халупе для бедных не погиб не один ребенок.
Я сидел на крыльце домика. Вид природы успокаивал. Внутри было как-то пусто. Что-то странное было в том, что мне пришлось убивать нильфгаардского барона. Не должны были наши пути пересекаться. Я увидел, как к дому по тропинке идет невысокая фигура в черном, несмотря на дневную жару. Регис подошел молча, обошелся без приветствий, смотрел укоризненно.
— Как тебе удается всегда меня находить?
— Вампирские штучки.
— И что, любому твоему собрату также легко будет меня отследить?
— Не все так просто. Это отдельная магия, она очень сильно зависит от степени твоей эмпатии. Пока ты доверяешь мне, не воспринимаешь меня как врага, я могу чувствовать где ты.
— Удобная штука.
— Те, кто создавал мир многое продумали. Что ты натворил?
— Защитил Трисс. Как делал это всегда.
— А кто защитит тебя?
— Так ли это важно?
— Вообщем-то да. Ты мой друг и мне не безразлична твоя смерть. Ты думаешь, что сталь и серебро защитят тебя, но они будут бессильны против золота. Когда в очереди проблем, до тебя дойдет приоритет, каждый наемник и авантюрист материка, будет охотиться за твоей головой. Каждый человек станет, за горсть монет, докладывать о твоем шаге. Тебе будет не где укрыться. Солдаты задавят тебя числом. Чтобы этого избежать тебе нужна чья-то поддержка. Где теперь ты укроешься? На Скеллиге? Там каждый первый сам захочет награду за твою голову.
— Ее пока еще нет. А ту, что была, я как раз убрал.
— Это вопрос времени. Пройдут века прежде чем те два вампира снова смогут обрести телесную оболочку. Даже по нашим представлениям о течение времени, это почти равносильно смерти. Тебе этого не забудут.
— Что мне оставалось делать? Он тоже охотился на нас. Он угрожал Трисс.
— Договориться. Он ведь всего лишь человек, просто очень богатый. Да он сделал больно Меригольд. Но ведь если она бежит по лесу и ее царапает ветка ты же не вырубаешь лес после?
— Я тоже всего лишь человек, после всего.
— Давно нет. Вампиры не дружат с людьми.
— Хорошо, чего ты сейчас хочешь от меня?
— Честно, что делать тебе я понятия не имею, Геральт. Для начала я хотел бы от тебя раскаяния в том, что ты обманул меня и не стал слушать моих мудрых советов. Затем, пожалуй, обещания прислушиваться к моим мудрым советам в дальнейшем.
— Я всегда прислушиваюсь к твоим советам. Я буду делать это и в дальнейшем, Регис. Но в данном случае я не мог поступить по-другому. Вернее, мне казалось, что я обязан сделать то что сделал.
— А сейчас?
— Я не знаю.
— Ладно, забыли. Что ты собираешься делать?
— Сейчас? Вернусь в Каэр-Морхен. Отдохнуть, привести мысли в порядок.
