Галлахер присоединяется ко мне перед экраном в соседней комнате.
– Сомер работает просто отлично, – говорю я, оборачиваясь к ней. – Надеюсь, ты ей это скажешь. У нее недостаточно уверенности в собственных способностях.
Галлахер бросает на меня выразительный взгляд.
– Уже говорила, но спасибо за напоминание, непременно скажу еще раз. Я также посоветую ей отдохнуть денек. Вид у нее абсолютно измученный.
На экране Надин плачет в объятиях матери, а остальные встают. Похоже, они решили прерваться.
– Есть новости от криминалистов?
Галлахер кивает.
– На одном ноже с кухни Эпплфордов есть незначительные следы ДНК Саши. Что стыкуется с рассказом Надин, но, как сразу же укажет адвокат Патси, это также может подтвердить ее версию событий. А без орудия убийства будет очень трудно доказать, кто в действительности убил Сашу.
– Что нового про сотовый Патси? Есть какие-нибудь следы того видео, о котором говорила Надин?
– Телефон отправлен в лабораторию, вместе с ее компьютером. Подозреваю, видео, снятое Патси, давно удалено, но если нам повезет, стерла она его не настолько тщательно, чтобы нашим экспертам не удалось ничего найти.
Я качаю головой.
– А что, если никакого видео не было? Потому что все телефоны были выключены – это нам известно. Так что тут что-то не сходится.
Галлахер хмурится: очевидно, она об этом не подумала.
– А если она перевела телефон в режим полета?
– Такое возможно. Но эти девицы умные, особенно Патси. Она должна понимать, как трудно удалить что-то так, чтобы не осталось никаких следов. Особенно если имеешь дело с Интернетом.
– Значит, ты полагаешь, что Надин лжет?
– Нет, – говорю я. – Я думаю, Патси блефовала – она только делала вид, будто снимает Надин на видео, чтобы потом шантажом заставить ее молчать.
Галлахер вздыхает.
– А если никакого видео нет, адвокат Патси заявит, что это лишь еще одно доказательство того, что лжет именно Надин. – Она подсаживается ко мне. – Меня беспокоит вот что: даже если нам удастся доказать присутствие Патси и Изабель, те заявят, что, с их точки зрения, это был лишь очередной «прикол». Что они оставили Сашу живой и здоровой, а Надин, должно быть, окончательно спятила и убила ее. Патси уже громогласно говорит всем и вся, что Надин психопатка.
Я киваю.
– А у Надин был гораздо более правдоподобный мотив. Даже несмотря на то, что в ее поддержку имеются показания Бразертона, будет крайне нелегко убедить присяжных в том, что эти девицы убили Сашу из-за такого пустяка. Особенно если они вроде как были ЛПН[68].
– Удивлена, что ты знаком с этой аббревиатурой. – Галлахер снова поворачивается к экрану. Мать выводит Надин в дверь. – Нам нужно придумать, Адам, как помочь этой девочке, потому что в настоящий момент все против нее. И, как не перестает напоминать мне сержант Гислингхэм, эти девицы развели нас как дураков.
Стук в дверь, и появляется Бакстер.
– А, шеф, вот вы где… Я отослал эти отпечатки криминалистам, как вы просили, и попросил их поторопиться. Только что пришел ответ. Думаю, вам будет интересно взглянуть – похоже, вы были правы.
Когда за ним закрывается дверь, Галлахер оборачивается ко мне и вопросительно поднимает брови.
– Не желаешь поделиться?
В оперативном штабе полно народу. Люди сидят на столах, жуют сэндвичи из кафе напротив. А впереди у доски стоит Бакстер.
– Итак, – спрашивает Галлахер, – что там у вас?
Бакстер оборачивается и указывает на увеличенное изображение автобусного билета Изабель Паркер.
– Инспектор Фаули попросил меня изучить его более внимательно, и, получается, его догадка была верной. На билете действительно
Куинн хмурится.
– Разве не водитель выдает билеты? Второй принадлежит ему, верно?
Очевидно, он редко пользуется услугами общественного транспорта. Как будто это и так не было понятно.
– Билет вылезает прямиком из автомата, – негромко произносит Асанти. – К нему прикасается только пассажир.
– Итак, одни отпечатки принадлежат Изабель Паркер, – начинает Галлахер. – А другие…
– Другие, – говорит Бакстер, – полностью соответствуют отпечаткам Лии Уэддел.
Но народ не понимает – по крайней мере, не сразу. Я вижу это по недоуменным лицам. Встаю и выхожу к доске.
– Так. Вот как, на мой взгляд, все произошло. В тот вечер Патси, Саша и Изабель покинули Саммертаун пешком, как и сказала Надин. Они встретились с той на тропинке и все вместе направились к реке. Одному богу известно, что они сказали Саше, чтобы убедить ее пойти с ними, но, как бы там ни было, она им поверила. Тем временем Лия Уэддел осталась в Саммертауне одна, дождалась автобуса, отходящего в двадцать один сорок три, и села на него. Вот этот билет – это
– Но это же билет до Хедингтона, – говорит Эверетт, очевидно, все еще сбитая с толку.
