Вся моя жизнь полностью

Впервые выходя в мир, мальчики усваивают представление о том, что значит быть “настоящим мужчиной”. Иногда его вбивает в них отец: не будь слюнтяем. Иногда оно исходит от матери, которая не может или не хочет уважать истинные чувства ребенка. Иногда оно складывается потому, что наша культура отрывает мальчиков от их матерей: не будь маменькиным сынком. Иногда понятие о “мужественности” внушается учителями или СМИ. Порой мальчики замыкаются в себе из-за какой-нибудь конкретной травмы, как случилось с Тедом в пять лет, когда его отправили в школу-интернат. Вспомните, сколько среди ваших знакомых мужчин тех, кто странным образом оторван от своих эмоций. Но дело не только в стереотипе “мальчишки всегда останутся мальчишками”. Причины не ограничиваются различиями между “мужским” и “женским” устройством мозга, и это повлияло на всех нас. Страх показаться недостаточно мужественным коренится очень глубоко – по моему убеждению, несколько американских президентов отказались оставить Вьетнам в покое лишь потому, что боялись обвинений в “мягкотелости”. Сколько жизней мы потеряли только по вине командиров, изо всех сил старающихся доказать, что они “настоящие мужчины”? Причем на алтарь этой неуверенности командиров в себе обычно приносятся в жертву самые бедные!

Ради своего собственного блага и ради блага всех остальных живых существ на планете Земля мужчины должны покинуть Дом отцов вместе с женщинами.

Слава богу, во мне всё еще “идут работы”. Мне еще осталась часть одного акта, чтобы вести сознательную жизнь, чтобы приносить как можно больше пользы своим детям и внукам, чтобы всеми способами содействовать исцелению нашей планеты. Если я окажусь способной на всё это, то умру спокойно и без сожалений. Поживем – увидим.

Через три года мне стукнет семьдесят – стало быть, если повезет, останется еще чуть больше двадцати лет. Я хорошо потрудилась, кое-чего достигла и могу сказать вам с полной уверенностью: начало моего третьего акта преобразило всю мою жизнь, поскольку теперь я каждый день выкладываюсь полностью, ни на минуту не забывая, что это не репетиция и что я обещала себе делать всё от меня зависящее, дабы потом мне не о чем было жалеть. Знать, ради чего живешь, – это дорогого стоит.

Мало-помалу я научилась любить и уважать свое тело. Может быть, порой я его предавала, но оно меня – никогда. Возможно, в нашей западной культуре это происходит лишь после определенного возраста; надо прожить достаточно долго, чтобы полюбить свои чресла за то, что они позволили тебе выносить детей, плечи – за то, что они выдерживали нагрузку, ноги – за то, что они доставляли тебя туда, куда тебе было нужно.

Я знавала и неудачи. Те, от которых я бежала, не научили меня ничему. Те, которые встретила с открытым забралом, помогли мне совершить огромные скачки вперед. Неудачи – это то, благодаря чему мы находим самих себя. Тот, кто слишком себя бережет, никогда не сделается Настоящим.