Вдруг в прогалине между кустами мелькнул силуэт. Кто-то одетый в красноармейскую форму, но без знаков различия и без головного убора преследовал их с ружьем в руках. Не слишком высокий, но коренастый, достаточно широкоплечий и сильный на вид мужчина лет сорока с волосами, тронутыми сединой, но еще не седыми. Макс не сдержался и выстрелил в него. Но расстояние до преследователя, все же, было еще слишком большим для уверенного попадания в цель из пистолета. И обербоцман промазал. К тому же, пистолет с глушителем все-таки произвел при выстреле какой-то негромкий хлопок, который выдал местоположение группы.
Осторожный охотник, пригнувшись, снова растворился в подлеске, а его собака, переместившись, залаяла уже в другом месте. Похоже, пес был обучен загонять дичь и перебегал с места на место зигзагами. Судя по всему, за ними крадется кто-то обученный и опытный, достаточно хороший охотник, настоящий лесной воин. И все равно, на открытом пространстве у одного не могло быть ни единого шанса против шестерых прекрасно вооруженных и обученных бойцов. Но, в густых кустах подлеска шансы уравнивались. Все участники поединка неплохо умели прятаться. И тут многое зависело от наблюдательности каждого из них. Расстояние между преследователем и преследуемыми сократилось до двух-трех десятков метров. Теперь кому жить, а кому умереть решал случай.
Стоит ли атаковать прямо сейчас, выдав себя, уверенности у Бауэра не было, потому что охотник мог быть не один, а с группой поддержки. А какое у него оружие, точно рассмотреть пока не удалось. Хорошо, если старая одноствольная берданка. А если что-то посерьезнее? Но, паниковать еще рано. Ну и что с того, если даже охотник, даже двое или трое охотников с берданками приблизятся к ним? В конце концов, у разведывательно-диверсионной группы имелись и автоматы, которые позволят отбиться от целого взвода красноармейцев, если, конечно, повезет. Даже гранаты на всякий случай им выдали. Иное дело, что на громкие звуки боя могут сбежаться целые батальоны этих самых красноармейцев. Ведь было неизвестно, где именно находятся ближайшие посты. С другой стороны, отпускать живым этого охотника или охотников немцы позволить себе не могли. Все шестеро пребывали в напряженном ожидании. Затаившись в лесу, они внимательно наблюдали, но, кроме одинокого охотника и его собаки больше, кажется, никто за ними не шел. Поняв это, Макс Бауэр вернул себе уверенность и дал приказ начинать охват с флангов.
Охотник, преследовавший группу, тоже не бездействовал. Заметив движение, он выстрелил. Его выстрел громко разнесся по лесу и едва не достиг цели. Пуля перебила ветку лишь на пару пальцев выше головы Олафа. Олаф в ответ выстрелил пару раз из своего «Вальтера» с глушителем, но попал лишь в деревья. А второй выстрел охотника пробил Олафу правую руку выше локтя. Макс выругался и выстрелил несколько раз в сторону звука, после чего перебежал к Олафу, заставил его лечь на землю и оказал первую помощь. Разрезав рукав и воспользовавшись аптечкой, Бауэр наложил жгут выше раны и перебинтовал ее. Тяжелая свинцовая пуля для гладкоствольного ружья, охотничий жикан, прошла навылет сквозь мышцу, почти не зацепив кость, но мяса вырвала приличный кусок, разорвав бицепс, отчего крови натекло немало. Как боец, боцманмат Олаф выбыл из строя, хоть и остался жив.
В это время, пока командир пытался помочь Олафу, штабсбоцман Рудольф зашел с другой стороны. Осторожно прокравшись, он неожиданно вышел прямо на охотника, когда тот перезаряжал за толстым деревом свое ружье, обыкновенную двустволку. Переломив оружие, он как раз вытащил стреляные гильзы и засовывал в стволы новые, только что вытащенные из патронташа. Не мешкая, Рудольф поднял пистолет, желая прикончить противника, но в этот момент из кустов выскочила здоровенная рыжая собака с большим белым пятном на боку, сходу кинувшись немцу под ноги. И этого хватило, чтобы он промахнулся всего с нескольких шагов.
Целя охотнику в голову, штабсбоцман, сбитый внезапным собачьим наскоком, попал леснику в левое плечо, да и то вскользь. А тот в долгу не остался, мгновенно защелкнув свою двустволку и разрядив только что вставленный патрон с картечью в корпус Рудольфу, отчего немца отбросило к стволу ближайшего дерева, по которому он сполз к земле уже мертвый. Остальные начали обходить с разных сторон, стреляя на ходу из пистолетов с глушителями, но охотник не побежал, а вместо этого проворно кинулся к телу Рудольфа и забрал его оружие. И уже через несколько секунд он, несмотря на рану в плече, начал отстреливаться от диверсантов из немецкого автомата.