Переместив все исправные катера и гидросамолеты в новую базу под Таллином, Александр срочно занялся и наведением порядка в ремонтной базе Кронштадта. С охраной территории вопросы он решил сразу, организовав дополнительные круглосуточные посты наблюдения и установив дежурства на них по графику уже имеющимся личным составом. Береговые строения по его распоряжению приводились в порядок, а территория расчищалась от хлама. Технику тоже постепенно ремонтировали.
Для катеров волнового управления Александру Лебедеву, поднажав через своего отца, удалось даже получить со склада новенькие комплекты управляющей аппаратуры. Теперь старое и вышедшее из строя оборудование предстояло менять гораздо быстрее, методом замены на готовые исправные блоки, а не возиться, как раньше, с заменой отдельных деталей. Ведь при старом методе ремонта требовалось точно определять неисправную деталь по электрической схеме, а потом еще выполнять ее демонтаж и монтаж новой, проводя паяльные работы, небрежность при проведении которых уже сама по себе могла стать причиной плохого электрического контакта или даже замыкания.
Новый метод модульного ремонта, примененный Лебедевым, конечно же, сильно упрощал и ускорял работы. Да и все техники-ремонтники вздохнули с облегчением. Ведь одно дело искать неисправность впопыхах внутри блока, а потом разбирать его неудобную конструкцию, ради того, чтобы добраться до какого-нибудь сгоревшего сопротивления, когда еще и начальство торопит, стоя над головой. И совсем иное дело, если блок можно заменить целиком, а потом, не торопясь, ремонтировать его, вдумчиво выискивая неисправность на стенде.
Квалифицированных кадров имелось мало, всего двое молодых техников, которые не справлялись с наплывом работы. На двух этих толковых парней приходилось несколько начальников, которые совсем разленились при прежней анархии, царящей в части. Потому капитан-лейтенант заставил подключиться к ремонтным работам и мичмана Николаева, начальника спецмастерской, и мичмана Ермоленко, начальника связи, и даже мичмана Романюка, начальника парка техники. А начальника снабжения, который и вовсе привык к вольготной жизни, Александр заставил взять на себя заполнение всех бумаг и журналов, освободив, таким образом, от их ведения всех остальных.
Теперь же Лебедев приучал всех и каждого к дисциплине. Действуя собственным примером, он не гнушался переодеваться в робу и копаться во внутренностях катеров по многу часов, изучая на ходу все технические нюансы. Воспользовался он и советами Шорина, приспосабливая для защиты электрических соединений от влаги резиновые чехлы, а также изготавливая дополнительные демпферы. Но, помимо вибрации и обычной морской сырости, имелись и другие проблемы, плохо влияющие на дистанционное управление катерами.
В сущности, управляющая система выглядела довольно просто, сигнал передавался передатчиком, принимался приемным устройством и подавался с него по терем каналам на три разных реле, которые переключались, включая или выключая исполнительные механизмы. И вот эти реле и были самым ненадежным местом во всей конструкции. Первое реле переключало рули, второе управляло двигателем, а третье могло использовать оружие, активировав сброс торпеды или же взрыватель в варианте брандера.
Вот только уже через несколько срабатываний контакты этих реле загрязнялись, покрываясь пленкой окислов, а то и вовсе иногда залипали намертво. Токи через эти контакты проходили довольно существенные, ведь реле включали электромагниты и электромоторы исполнительных механизмов. Конструкция, конечно, нуждалась в улучшении ради повышения надежности. Но, не в силах сделать что-либо с этим самостоятельно, поскольку знаний в электротехнике сорок первого года ему явно не хватало, Лебедев с трепетом ожидал приезда профессора Берга, возлагая теперь все свои надежды быстро исправить ситуацию только на Акселя Ивановича.
К концу июля капитан первого ранга Сергей Платонович Малевский уже чувствовал себя значительно лучше. Лечение в Ленинграде в госпитале военно-медицинской академии, во время которого его постоянно навещала любимая женщина, военврач третьего ранга Марина Александровна Ермолова, пошло на пользу. После извлечения осколков, его тело покрывали шрамы, но ничего серьезного снарядные осколки внутри организма не повредили, вот только левую руку до конца разогнуть он теперь никак не мог, да прихрамывал на левую ногу из-за того, что роковой вражеский снаряд разорвался слева, и его осколки повредили суставы. Но, все это капитан первого ранга считал мелочами, борясь с болью силой воли и настроившись поскорее полностью выздороветь. Дав себе установку вернуться на службу как можно скорее, Малевский шел на поправку довольно быстро. Ему уже даже разрешали выходить из палаты погулять, опираясь на костыль.