– Для меня это уж точно не открытие, – усмехнулся я. – И так ясно, что я ни хрена ни о чём не знаю… Слушай, а вообще может такое быть, что они там, в Урдере, умеют ходить Тёмным путём? Хотя бы теоретически?
– Теоретически может быть всё что угодно. Но вообще, когда человек уходит Тёмным путём, он оставляет след, – напомнил Джуффин. И, подумав, добавил: – Впрочем, они вполне могли изобрести какой-нибудь собственный способ, отличный от нашего. Кто их разберёт.
Мы помолчали.
– Ты сейчас тоже думаешь о куманском убийце с красным лицом? – наконец сказал я.
Джуффин только бровь приподнял. Дескать, а о ком ещё я могу думать, если даже ты наконец-то догадался.
Ох.
– Не будешь возражать, если я заберу из Нумбаны Нумминориха? – спросил я. – Хотя бы на пару часов. Надеюсь, запах у Ди всё-таки есть. И тогда мы сразу узнаем, где он гуляет. Не факт, что от этого нам станет легче, но вдруг?
– Забирай на здоровье. Только не сегодня. Он только что прислал мне зов, говорит, палатка пророка с утра появилась на ярмарке, а у него там уже изрядная компания собралась. Какие-то подруги его жены, парочка Кофиных протеже и, будешь смеяться, наш с тобой общий приятель, старина Мохи Фаа[26], внезапно заинтересовавшийся смыслом жизни настолько, что даже счёл возможным на несколько дней закрыть трактир ради поездки в Нумбану. Так что пусть сегодня Нумминорих занимается гостями. А завтра он, скорее всего, будет совершенно свободен; по крайней мере, до сих пор Хонна по два дня кряду без перерыва вроде не пророчествовал.
– А кстати, с его целями тебе уже хоть что-то понятно?
Джуффин неопределённо пожал плечами.
– Что-то понятно, что-то нет. Все откровения, о которых я успел узнать, скорее на пользу, чем… Не смотри на меня так укоризненно, сэр Макс. Правда, которую узнала о себе Меламори, тоже только на пользу. Я сам давным-давно собирался сказать ей примерно то же самое, да всё ждал подходящего момента, чтобы мои слова упали на подготовленную почву. Но так и не дождался. А Хонне, в отличие от меня, плевать на подходящие моменты. Если уж зашёл в шатёр пророка – получай информацию. А что ты с ней сделаешь и как будешь жить дальше, это уже твоя забота.
– Я, кстати, не укоризненно смотрел, а скорбно. И думал совсем о другом. Прикидывал, насколько уместно будет выспрашивать у тебя, кому какую правду выдали.
– И что решил?
– Что всё-таки не очень. Захотят – сами расскажут. Права на личную тайну никто, к сожалению, не отменял.
– Где бы мы все были, если бы я тоже так думал! – ухмыльнулся Джуффин.
– Тебе их признания для дела нужны. А мне просто любопытно. Ну хоть Мелифаро сам всё растрепал, уже облегчение… А здорово с его родителями получилось, правда?
– Да, я очень рад за Мангу. Он себя этим обетом домоседства без вины в тюрьме запер. И совершенно напрасно. Я, кстати, тоже говорил ему, что соблюдать обеты, данные с перепугу, особого смысла не имеет, но безрезультатно. Манга меня выслушал, вежливо покивал, и всё осталось по-прежнему. Хонна молодец, что прикинулся пророком. Прекрасный статус. И на убеждение силы тратить не приходится, и даже мало-мальски внятная аргументация не нужна. Сказал, что в голову взбрело, и сиди себе с важным видом, пока потрясённый клиент отползает менять свою жизнь. Или хотя бы гардероб.
Мы помолчали. Не знаю, о чём думал Джуффин, а я прикидывал, что за правду услышали о себе Кенлех и Кекки. Судя по их настроению, это была чрезвычайно приятная правда. И уж точно не обязывающая немедленно бросить всё и бежать на край света, путаясь в рваных полах собственной судьбы.
Ну и то хлеб.
– Ладно, – сказал я. – Пойду думать дальше. Ну или не думать. Главное – прочь от твоего стола с будущим отчётом. Я его боюсь. Раньше ты часто говорил, что однажды мне придётся научиться и этому. А мне бы ещё пожить.
– Это я тебя просто запугивал, – ухмыльнулся Джуффин. – Уже не помню, зачем. Но всё равно рад, что мне это удалось.
– А уж я-то как рад! В смысле, что ты просто запугивал. Но всё равно пойду отсюда, пока меня не настиг Ужас Магов[27].
– Ладно, проваливай, – великодушно согласился шеф. – Но особых планов на вечер не строй. По крайней мере, таких, от которых непросто отказаться.
– Что-то случилось? – встрепенулся я.
– Ну да, случилось. Причём ты сам периодически мне об этом рассказываешь.
– О чём?!
– Ну как же. Ди то, Ди это, и проклятие у него фамильное, и рожа всех цветов радуги, и родственники подозрительные, и врёт как дышит, и посреди улицы исчезает бесследно. Я что, по-твоему, похож на человека, готового бесконечно долго жить с вопросами, ответы на которые мне неизвестны?
– Вообще-то не очень, – невольно улыбнулся я. – Слушай, погоди, так ты хочешь сказать, что уже разгадал?..
– Да нет, конечно. Зато точно знаю, с чего начну. Вернее, мы начнём. И не надейся, что я дам тебе увильнуть.
– Ого!
– Ещё не «ого», сэр Макс. Никаким «ого» пока даже не пахнет. Но надеюсь, оно у нас впереди.
