Эскадра Нахимова выстроилась в две колонны и под шквальным огнем турецких кораблей и береговой артиллерии подошла к противнику на расстояние пистолетного выстрела. После этого колонна из кораблей «Императрица Мария», «Константин» и «Чесма» развернулась на левом фланге, а корабли «Париж», «Три святителя» и «Ростислав» – на правом. Атака русских началась одновременно по заранее установленным целям. Осколки, деревянные доски и трупы матросов, летящие с турецких батарей, попросту накрыли береговые орудия, не дав им возможности стрелять дальше.
Поразительно, но в этом бою не погиб ни один русский корабль! А поражение турок было сокрушительным – за два с половиной часа 15 фрегатов и вся береговая артиллерия были разбиты в щепки 18 тысячами русских снарядов. Три тысячи двести матросов погибли, а Осман-паша был взят в плен. Лишь одному турецкому кораблю удалось скрыться. При этом потери русских составили всего 37 человек!
За неслыханную храбрость и профессионализм Николай I наградил Нахимова орденом Святого Георгия. Пьесы, посвященные Синопскому бою, ставятся в петербургских театрах, картины на эту тему пишут самые известные художники-маринисты, а на гюйсах, то есть на матросских воротниках, в честь самого великого морского сражения появляется третья полоска. До этого их было только две – в честь Гангутской битвы в 1714 году и Чесменской в 1770-м. Немногим известно, что англичане назвали это сражение «Синопской мясорубкой», и именно под впечатлением случившейся бойни кораблестроители всего мира начали разрабатывать первые броненосцы, а командующие военными судами навсегда изменили тактику морских боев…
Вардан Багдасарян так прокомментировал историческую важность этой битвы: «Синопское сражение показало, что в целом Россия явно сильнее Турции. Оно считается последним масштабным сражением в истории парусного флота – флот под руководством Нахимова разгромил турецкий флот. По этому поводу на Западе распространялись различные пропагандистские мифы – якобы русские едва ли не достреливали утопающих турецких моряков».
После успеха российского флота в Синопском сражении англичане и французы решили помочь туркам. Для этого два мощнейших европейских флота пришли в Крым. Никто из военачальников и даже сам император Николай I не могли представить, что христианские Англия и Франция объединятся с мусульманской Турцией в войне против России. Но Европа уже решила – Российская империя должна быть разделена. И каждой стране достанется по куску от этого пирога.
По мнению союзников, карта новой Европы должна была выглядеть следующим образом: Крым и Кавказ отходят к Турции, Прибалтику получает Пруссия, а Молдавия и Валахия присоединяются к Австрии. При этом Крым ни тогда, ни сейчас Европе был нужен. Просто делалось все, чтобы отобрать его у России.
14 сентября 1854 года к Крыму причалили французский и английский флоты и войска союзников высадились на берег. У маленькой речки под названием Альма возле Евпатории произошло первое сухопутное сражение Крымской войны. 55 тысячам бойцов союзников противостояла 34-тысячная армия главнокомандующего князя Меншикова… К сожалению, всего через несколько дней она окажется практически разгромленной.
Казалось бы, у солдат Меншикова было преимущество – ведь они закрепились на холмах и с этих высот могли бы с легкостью расстрелять переходящих вброд через Альму англичан и французов. Но их ждал неприятный сюрприз: оказалось, нарезное оружие союзников в убойной силе в три раза превосходит гладкоствольные ружья русских. И даже артиллерия, не успев приблизиться к врагу на расстояние пушечного выстрела, оказывалась в зоне ружейного поражения. Русская армия потеряла 5700 человек, и, чтобы сохранить то, что от нее осталось, Меншиков дал приказ отходить.
После разгрома русской армии при Альме русские войска начали отступать, и ничем не защищенный Севастополь остался один на один с армией противника. На то, чтобы укрепить позиции, у севастопольцев было всего несколько дней. При этом в городе оставался только маленький гарнизон, оружия не хватало. С берега Севастополь обстреливали сверхсовременные пароходы неприятеля. А разгромить превосходящий в несколько раз по численности железный флот союзников пятьюдесятью имевшимися в распоряжении русских парусными кораблями было нереально.
И когда казалось, что задержать неприятеля на подступах к городу просто невозможно, Нахимов и Корнилов пошли на отчаянный шаг. Чтобы не впустить в Севастопольскую бухту корабли французов и англичан, они приказали затопить собственные парусные корабли, а экипажам присоединиться к солдатам гарнизона. Старые моряки при этом плакали. Вот так во время осады Севастополя матросы впервые в жизни превратились в пехоту, чтобы защитить город.
