Хельсинки столица нового суверенного государства встретила новых эмигрантов, таким же холодным и пронизывающим ветром, как и в родном Питере. Им предстояло идти пешком почти через весь город. Деньги, полученные в Британском консульстве подходили, к концу и были предназначены только на еду. Город выглядел практически пустым, все кто мог, попрятались по домам или ресторанчикам. Медея вспомнила веселое время, когда она с Рубеном наслаждалась здесь изысками местной кухни.
Вдруг рядом с ними остановился конный экипаж и старый финн на ломанном русском языке предложил:
- «Садитеесь дамы в карету, нельзя в таккккую жуткую погоду совершать прогулки, очень можно сильно заббболеть.»
- «Спасибо»- через силу улыбнулась Медея-« но у нас совсем нет денег.»
- Финн помолчал, его лошадь переминалась с ноги на ногу,
- «Садитесь, за так, денег не надо, лошадь тоже мерзнет, ей надо двигаться много, что бы согреваться, раньше лучше был, много русский офицер, экипаж требовал, дам возил лес, на сопки, к морю, теперь плохо совсем, офицер нет, денег нет, мы финны народ ошень бережный, как это по- русски- экономнительный, на экипаж денег жалко, та, что давайте быстрее садитесь лошадка ехать хочет, ей стоять холодно совсем.»
Заботливый финн укутал их старой бараньей шубой и повез к дому Рубена.
Высадив их у калитки, финн развернулся, а Аннушка подбежала и звонко поцеловала его в небритую щеку.
Мать нерешительно стояла возле звонка.
-«Звони же скорее звони»- смолилась девушка.
-«Чего же ты ждешь?».
Медея в нерешительности продолжала стоять. Если его нет, Виктория Грошольц просто не пустит их на порог, как может относиться законная супруга к возможной сопернице. Но может быть она знает, где он и расскажет, это тоже дорого стоит. Медея постояла еще с минуту и нерешительно здоровой рукой нажала на кнопку звонка.
К ним вышла сама хозяйка, укутанная в какие-то теплые платки, совсем не ухоженная и сильно исхудавшая. Она удивительно тепло встретила замерших в конец путешественников и проводила их прямо на кухню.
-« Прислуги в доме нет, я сама как могу, управляюсь»- как-то заискивающе проговорила Виктория.
-«Да вы располагайтесь, чувствуйте себя как дома, сейчас я организую горячий чай. В доме тепло только здесь и в спальне, я больше нигде не топлю, экономлю.»
Медея смотрела на нее и понимала, что в этом доме тоже поселилась беда.
-«Ну, что же вы не спрашиваете про мужа»- сама опережая события, сказала мадам Грошольц.
