Мы уютно расположились на мягких, почти пуховых, диванчиках в главном зале резиденции. Вокруг нас вились полные энтузиазма и желания нам услужить девы. Радостно трубили шерстяные слоны. Перед нами на столе размером с палубу небольшой яхты были навалены груды злата и каменьев.
- Нравится? – испуская лучи тщеславия¸ вопрошал восседавший рядом на троне Большой Брат.
- Ну, для дракона слабенько, - отозвался я ехидно. - А для крокодила в самый раз.
- Ух, ух, ух, - укоризненно проухал хозяин резиденции. – А вы не знаете слова вежливость!
- Вы вообще целую планету поработили и на четвереньках ходить заставили! – резонно заметил я.
- О да! Я это смог, ух, ух, ух! – лучи тщеславия уже били прожектором.
- А что еще смогли? Ну говорите, не стесняйтесь, Большой Брат. Все равно вы намерены нас стереть. Так что можете похвастаться, достижениями. А мы, если вы нас удивите, восхитимся.
- Если удивлю? Да вся моя жизнь удивительна! Я был жалкий третий помощник третьего заместителя тайного мирового правителя. Мы были в тени. Прятались, как клопы, в складках дивана. Никто не видел и не знал, что мы вершим все на этой планете. Зачем власть, которой нельзя насладиться?
- Ну так Хаос требует, - вставил я шпильку.
- Сказки для фанатиков! Власть должна быть великолепна! Прилюдна! Сладка!
- А как вы, Большой Брат, нашли зеркало?
- О, у третьего помощника много возможностей, в том числе копаться в старинных свитках, о которых все давно забыли. Но вы откуда знаете про зеркало?
- Логика, - отозвался я. – Всего лишь железная человеческая логика.
- Ха, ха, ха. Не помогла вам ваша логика против меня.
- Не помогла, - вздохнул я горестно.
В общем, наши предположения оказались верными. Рептилоиды редко верят в сказки, но наш визави с детства был романтичной натурой. И к свитку о Волшебном Зеркале отнесся со свей серьёзностью. Особенно когда следы артефакта обнаружились на «Счастливом еноте».
Тут у него созрел коварный план. Он угнал корабль. Купил у енотов зеркало, а заодно и кучу земной литературы. Почему земной? По Галактике легенды ходили, насколько коварны и изощрены земляне в угнетении себе подобных. Вот и стали для него учебниками книга Оруэлла, да дамский роман о драконах и золоте. При этом с рептилоидным упорством следовал он указаниям - четко, дословно и неумолимо.
- Но как вы решились на уничтожение миллионов разумных? – задал я мучавший меня вопрос. – Это же слишком даже для рептилоида.
- Никто никого не уничтожал, - махнул золоченым носом Большой Брат. – Волшебное зеркало создает пространственный карман отражения – копию планеты. И туда можно перенести куски исходной тверди. Так что эти разумные стерты из нашего мира и заброшены в копию Невзгоды.
А вот это была новость. И мне даже как-то сразу полегчало на душе. Во-первых, множество людей живы и здоровы, обустроились где-то в других пространствах. Во-вторых, если все пойдёт уж совсем плохо, то мы тоже очутимся в ином пространстве, а не будем уничтожены.
- А ваши страдающие абсурдностью эпатажные ритуалы, уважаемый Большой Брат? – спросил Абдулкарим. – Они для активации энергии зеркала?
- О, ритуал – это многогранный инструмент. Мощный инструмент! Ритуал дисциплинирует. Ритуал объединяет. Заставляет подданных думать не о себе, мелком и ничтожном, не об убогих бытовых вещах. А о чем? Обо мне! И о моей книге!
- Почему ритуалы такие унизительные? – поинтересовался я.
- Унижение – подданные должны постигнуть его сладость. Только униженный человек, лишенный надежды, становится надежной опорой…
- Зачем вам все это? Почему вы творите такое?
- Потому что я могу. Могу делать с этой миллиардной сворой жалких млекопитающих все, что пожелаю. Досадно только, что они сами могут далеко не все и ограничивают мою фантазию.
- Ну да, народец не тот достался, – знавший хорошо историю, особенно двадцатого века, Абдулкарим припомнил любимую мантру давно запрещённой тоталитарной секты либералов-вредителей, которая оказывала огромное разлагающее влияние на умонастроения народов и политиков Земли на рубеже двадцатого-двадцать первого веков.
- Ух, ух, не тот, - согласно затряс золотым носом крокодил. - Рептилиями было бы править интереснее. И легче.
- Но вам не сломать и не согнуть людей окончательно! – воскликнул запальчиво мой напарник.
- Да бросьте. Они привыкнут. Они уже привыкли. Два поколения, которые не знали другой жизни – и все. Другая жизнь не просто будет им непонятна. Она будет им не нужна.
- Еще никто не смог запереть разум в застенках, - устало, как при беседе с закоренелым двоечником, произнес я. - Он как вода со временем пробивает любые препятствия.
- Благодушные сказки. Поговорим об этом лет через сто. Ящеры живут долго. Настолько долго, чтобы увидеть плоды своих трудов…
Дева поднесла Большому Брату огромную чашку с каким-то пузырящимся напитком. Крокодил погрузил туда свой нос. Счастливо зафыркал. Откинулся на спинке трона, блаженно закатил глаза.
Потому будто очнулся и деловито посмотрел на нас.
- Ну все. Вы мне наскучили. Пора готовится к стиранию.