Вся жизнь – в искусстве полностью

В 10 утра – первая мизансценная, 3 к. с хором. Днем был в кино, смотрел «Странный брак» – очень понравилось: великолепный сюжет, остро антиклерикальный, превосходная постановка, яркие типы старой Венгрии, самодурбарон с разбойничьими замашками, докторякобинец, самоучкаизобретатель, но женщины феноменально некрасивы! Вот те и Венгрия!

Великолепна сцена похорон, черная процессия и белые дома, торжественно, мрачно и … смешно, т.к. знаешь, что в гробу лежит кукла. Крепкий удар по черной вороньей стае Ватикана! Картина жизни, поразительная по своей яркости. Жаль, что краски плохи, не только зеленый, но и красный никуда не годятся. Дело, повидимому, происходит в провинции (в Эстергоме?). Репетировал 2 часа «Фауста» с Элькиндом. Вечером пили чай у Белы и болтали о литературе.

6 сентября 1951 г.

Утром репетировал 3 картину и 6 карт. 3 идет очень неплохо. Пошел с Л. Кузнецовой в музей и наслаждался там превосходными вещами. Особенно мне понравились:

1) Мыльников – портреты купцов – это прямо русский Гольбейн! Куда до него Зарянке!

2) Брюллов – портрет МусинаПушкина – исключительно благородно по цвету, достойно лучшего места в Третьяк. галерее!

3) Боголюбов – марина с прозрачной бурной волной, без зализанности Айвазовского.

4) Левитан – на даче ночью – просто гениально по эффекту освещения, лампа – белый мазок и светится самым непонятным образом.

5) Шиндыков – виды Ярославля, ночные пейзажи набережной Волги.

Еще хорош женский портрет Крамского и дети Браза. Пейзаж Ендогурова – «Белый мох».

7 сентября 1951 г.

Купил скатерть за 113 руб. – очень милую. Был на «Травиате» – просто ужас что за оформление, боюсь, что ему уже ничего не нужно, кроме керосину и спичек. Репетиции не было. Вечером Чернышова грозно спросила, начал ли я репетиции и провел ли работу по разъяснению, – была удивлена моим спокойным – да! Ел виноград.

8 сентября 1951 г.

С утра выехал в Ростов [Ростов Великий]. Впечатление колоссальное. На первом месте: необычайно стильная узость дверей и всевозможных коридорчиков и проходов. Великолепен обход по стенам укреплений. Церкви, хотя и разорены, но поражают умением разрешать пространственные задачи и чудесными фресками в голубой, охристой и зеленоватой гамме. Богатство фантазии, композиционное искусство прямо поражает. Странное, непривычное впечатление производит в домовой Спасской церкви высоко поднятая солея и алтарь. Иконостасы – каменные (ростовская особенность). Интересен «каменный мешок» в княжьих палатах. Прекрасен Успенский собор с его могучим кубом и аркатурным фризом. К сожалению, заперт, и боковая паперть разрушена. Главная паперть с притвором – очередная безвкусица ХХ столетия. Звонница – чудо! Был на ней, смотрел гигантского «Сысоя» – 2500 пудов [речь идет о знаменитом колоколе]. Трогательное впечатление произвел маляр, с гордостью показывавший нам звонницу и колокола. Сделать бы от него прививку ярославским «Иванам, не помнящим родства»! Музей в отделе XVIII и XIX столетий поразил меня богатством и качеством экспонатов.

Два портрета из Шереметевского имения могли бы украсить Третьяковку, особенно дама в тюрбане. Интересен портрет св. Дмитрия работы Боровиковского. В худож. отделе – хорош дамский портрет и портрет ребенка в красном – Плешанова, этюд Поленова «Часовня у Оки» и антипоповская картина Неврева, изображающая, как монахи рассматривают порнографические карточки.

Озеро большое, но «неаппетитное», все в зарослях и в тине, странно, что нет купальни и не развит водный спорт. Древности производят отрадное впечатление своей сохранностью; люди, которые их охраняют, гордятся ими. С интересом прослушал звон ростовских колоколов, воспроизведенный на спец. приборе, в музее. Очень меня удивило, что Бела постоянно заказывает панихиды и подает поминание о своей няне; это очень своеобразно и трогательно. Вечером был в театре.

11 сентября 1951 г.

Собрался и выехал вместе со всеми в Горький. Трогательно прощался с Ек. Алекс., Ниночкой, Белой. Екат. Алекс. Плакала. Подарил ей на память фаянсовую масленку. Проезжая мимо [на пароходе], любовался на церкви в Коровниках, очень глупо сделал, что не осмотрел их вблизи. (…)

В салоне очень неплохо кормят, подали вкусный, сочный и недорогой бифштекс. Ночью проснулся от страшного шума в коридоре: пьяный Коля поссорился с Павлом; их разняли, но Николай во весь голос вопил: «Поц! Поц! Нет, ты скажи мне, что такое поц! Я на 16 лет старше его!» и т. п.

15 сентября 1951 г.