«Можно и так сказать. Однако люди не жили в страхе, голоде и нищете под правлением разумных вампиров. Здешние обитатели позавидовали бы их уровню жизни. Мы для них были почти богами. Ношение метки вампирского укуса считалось благодатью, а смерть от наших рук — гордостью для потомков. Так в чём проблема? Может, ты ещё встанешь на защиту кур в курятнике?»
«Люди… Не безропотные и неразумные куры!» — выпалил Кён.
«Твоя реакция нерациональна. Нас создал бог. Мы, как и любые живые существа, пытаемся выживать как можем. Ты бросаешься красивыми фразами, но не предлагаешь никаких альтернатив. Или, по-твоему, было бы лучше, если бы мы скрытно пили кровь людей по ночам, и за нами охотились? Глупость. Создание стабильного общества, где вампиры занимают привилегированное положение — самое верное и разумное решение.»
«Я знаю… Знаю.» — согласился Кён, устало потирая лоб, но от этого ему не становилось легче. От одной мысли о том, какие ужасы безнаказанно могли учинять вампиры, в груди всё леденело. Всё своё недовольство он мог адресовать только богу.
Усилием воли Лавр заставил себя успокоиться и холодно спросил: «По какой причине вы прилетели сюда и захватили власть в Розаррио, убив императора Бернса?»
«Потому что мы искали новый дом после уничтожения старого…»
«Созвездие Сириуса уничтожено?» — заинтересовался Кён.
«Несколько тысяч лет назад мои сородичи обнаружили божественную гробницу в восточном регионе. Ценой бесчисленных жизней лучших гениев Батори двести лет назад нам удалось пройти испытание и получить главную награду — сердечную кровь бога феникса, запечатанную в этом кулоне. Однако воспользоваться ею не мог даже мой отец — правитель созвездия Сириуса — сильнейший Батори за многие десятки тысяч лет.»
«Отец придумал решение: он связал душу своего новорождённого ребёнка с кровью феникса. Он считал, что только чистокровный вампир, чьё врождённое тело всю жизнь будет подстраиваться под кровь феникса, сможет контролировать её, и он оказался прав. Я действительно в некоторой степени могу ею управлять. Если бы у меня было больше времени, я могла бы возродить былое величие Батори, однако…»
«Демоны каким-то образом прознали про кровь феникса и напали на нас. К несчастью для Батори, они крайне жестокая раса — с ними не имело смысла договариваться, потому что они никого не оставляют в живых.»
«В ходе массового истребления мать погибла, а отец сумел сбежать незамеченным со мной и братом, однако его отравили… За несколько лет, пока яд не сделал своё дело, он нашел и обустроил для нас тёплое местечко в Розаррио — выдал за наследников престола и обучил всем необходимым знаниям и навыкам. Я и Леон — последние чистокровные представители рода Батори. Всех остальных убили демоны.»
«Стало быть, вы теперь жаждете отомстить?» — предположил Кён.
Ланатель кратко кивнула и отвернулась. От неё веяло тоской и печалью.
Вся эта история для Лавра звучала слишком фантастически, настолько, что в неё едва ли удавалось поверить. Божественная гробница? Кровь бога феникса? Созвездие, которое уничтожили демоны? Масштабы данных событий совершенно не укладывались в голове парня, который ещё недавно добывал в шахте камушки. Ясно одно: планета «Жизнь» и луны — это лишь малая часть вселенной, что, впрочем, и так очевидно.
Парень принялся задавать многочисленные вопросы об устройстве и истории мира, вселенной, родителях, расах, артефактах и многом-многом другом — обо всём, что в голову взбредёт, но, как оказалось, Ланатель попала на планету «Жизнь», когда ей был всего год, поэтому все её знания ограничены рассказами отца, а рассказывал он детям лишь о том, что поможет им выжить и добиться высот на этой полной расовых войн планете, потому что времени у него оставалось мало.
Сперва Ланатель рассказала про устройство вселенной: что та неимоверно огромна, разделена на 4 региона, в каждом есть масса галактик, звёздных скоплений, созвездий и звёздных систем. Все планеты без исключения обитаемы. А ещё у вселенной есть центр, который называется Аргусом. Что он из себя представляет, императрица не знала.
Затем она поведала, что во вселенной существуют несколько десятков рас. Большая их часть на грани вымирания и лишена «благословления» — она и сама не имела понятия, что именно означает этот термин. У каждой расы есть свой бог или богиня, при этом она была уверена, что её отец, самый сильный и чистокровный вампир во вселенной, точно не бог. Вырисовывается противоречие. Как это понимать? У Ланатель и самой не было на это ответа. Она лишь пересказывала то, что услышала от отца.
Так или иначе, но все расы, за редким исключением, враждуют друг с другом по самым разным причинам, иногда историческим. Сам мир создан верховным богом таким образом, чтобы в нём бурлила ненависть, вражда и конкуренция. Что именно имел в виду отец, говоря ей об этом, она не знала, но в целом догадаться несложно: какие-нибудь божественные испытания наверняка имеют место быть.
