Его губы были мягкими, и когда он скользнул по моему языку, поцелуй стал нежным и глубоким. Одной рукой Ян скользнул в мои короткие волосы, пальцами прошелся по коже головы. Ухватив затылок, он удерживал меня неподвижно. По сравнению с моей сокрушительной напористостью, с которой я набросился на него, движения Яна были чувственными и размеренными.
Если б он захотел, я позволил бы ему целовать меня вечно. Томность движений одурманивала меня, пока Ян угощался мной, сосал, облизывал и покусывал мои губы. Я легко отдался его воле, когда он развернул нас и прижал меня спиной к стене. Я слегка ударился головой о бетон, и Ян углубил поцелуй, лишив меня кислорода.
Его руки скользнули вниз от шеи к плечам, затем ниже по груди, пока Ян всем телом вжимался в меня, касаясь везде. Я выгнулся дугой, прижимаясь к нему, болезненно твердый и нуждающийся в его руке, когда гудок машины заставил нас вздрогнуть.
Кто-то проехал по другую сторону стены, очевидно, потерявшись в поисках выезда. Тут я заметил, что штаны Яна все еще спущены до колен — неудивительно, что он путался в них, когда вел меня обратно к стене — поэтому я наклонился и натянул их ему на бедра.
— Теперь ты беспокоишься, что кто-то увидит меня? — Он усмехнулся, тихо и соблазнительно.
Я застегнул молнию, все еще избегая его взгляда, и затем скользнул пальцем в петлю, чтобы застегнуть пуговицу. Ян взбрыкнул, и я обхватил руками его бедра, наслаждаясь тем, что он позволял мне прикасаться к нему вот так, интимно.
— Почему ты раньше так не делал? — прошептал он, наклонившись вперед, и я задрожал от тепла его дыхания в моем ухе, и от ощущения щетины на его щеке, прижимающейся к моей оцарапанной коже лица.
Может, все происходящее лишь сон, и это меня испугало.
— Раньше я об этом не думал.
— Да?
Когда я закончил с ремнем, Ян придвинулся ближе, бедром раздвинул мои ноги и плотно прижался ко мне.
— Посмотри на меня.
Я поднял на него взгляд и увидел в глазах беспокойство.
— Не надо молчать.
Он стоял передо мной в помятой одежде, с взъерошенными волосами, а я едва мог дышать.
— Хорошо? — пробормотал он.
— Ага.
Ян скользнул руками по моим бокам.
— Тебе нужно говорить.
Мне так много нужно было сказать и спросить, но я боялся надеяться на многое.
— Может быть, ты сядешь в машину?
— Конечно, — ответил я, когда Ян отошел.
Это было нелепо, но я уже скучал по его рукам.
— Как насчет серебряной?
— Да мне все равно.
Это был «додж-авенджер». Мы сели, Ян убедился, что мне удобно, спросил, нравится ли мне интерьер, затем вырулил с парковочного места. Мы остановились у ворот, дали дежурному проверить наш договор, сверить пробег с данными его компьютера и убедиться, что у нас полный бак бензина. Покончив с формальностями, мы оказались на проезжей части. Я достал свой телефон, чтобы проверить GPS и посмотреть наше местонахождение по отношению к Элизабеттону.
— Похоже, до него всего сорок пять миль или около того.
Ян хмыкнул.
— Полтора часа или около того. Но уверен, мы доберемся за час.
— Угу.
На самом деле Ян не слушал меня.
— Дай знать, когда будешь готов для моей навигации.
— Ага.
Я откинулся назад и устроился поудобней.
— Нам надо остановиться и купить воды.
Еще одно угуканье. Уступил. И слушает меня. Как бы.
Сдавшись, я посмотрел в окно на серый мартовский полдень, гадая, насколько холодно снаружи. Погода была причудливой, это жуткое похолодание тянулось с января, творилось просто безумие. Снаружи было, наверное, около тридцати градусов, шел небольшой снег.
Ян остановился у «Уолгринс»30, забежал внутрь, вернулся с пакетом, и как только сел в машину, бросил мне бутылку воды.
— Чипсы? Витаминная вода и другие закуски? Ты что, коммунист?
Ян фыркнул от смеха, завел машину и быстро выехал с паркинга, даже не пристегнувшись ремнем безопасности.
— Что в пакете?
— Ничего.
— Что не так?
Но Ян не ответил. Я заметил, что он не вырулил на шоссе.
— Ян?
***
У МОТЕЛЯ «Старлайт» была одна из тех старомодных неоновых вывесок, которые выглядели бы уместно в Вегасе, а не в центре Блоунтвилля. Она была трехъярусной, розово-лиловой. Когда Ян заехал на подъездную дорожку рядом с офисом под навесом, я не совсем понял, что происходит. Но он вылез из машины, отдал наличные, взял ключ-карту, которые я видел только в кино, и вернулся в машину.
— А что мы здесь делаем?
В ответ тишина.
Ян отъехал и снова припарковался, схватил свой рюкзак и приказал мне выйти из машины и захватить мою спортивную сумку.
— Ян, — начал я, выполняя его приказ и закрывая дверь, когда он включил сигнализацию. — Нам нужно ехать и достать...
— Заткнись, — рявкнул он, поднимаясь по лестнице с облупившимися белыми перилами, которые вряд ли выдержат мой вес. Не больше, чем декорация.
Поднявшись наверх, Ян быстро зашагал к нужной двери — 15А, — открыл ее и исчез внутри, прежде чем я успел догнать его.
— Твою мать, — простонал я, следуя за ним. Удивленно прошелся взглядом по розовому ворсистому ковру, занавескам в цветочек и лиловому стеганому покрывалу из полиэстера поверх кровати. — Помнишь отель, в котором мы останавливались в Форт-Лодердейле, похож, да?
