Зоя была выпимши. На этой почве она даже пыталась подружиться с мамой – в одно прекрасное утро зашла «с пол-литрой», «поправиться».
– Ну... не сегодня. Сегодня... не «поправляюсь», – загадочно сказала мама.
– Почему??
– Солдат сказал.
– Какой ещё... солдат?
– Серебряный.
Зоя попятилась, пряча бутылку. Попыток больше не было, но осталось какая-то виноватая улыбка – как будто Зоя промахнулась и сожалеет... А мама говорила о монете. Иногда по утрам она подбрасывала юбилейный рубль с берлинским солдатом-освободителем. Решка – да, солдат – нет. Вот и вся загадка...
Зоя была не злая, а просто, как мама говорила, – клуша. Услышала про тараканов – сказала про тараканов, увидела Милу – орёт «вот она!»... Старушки заинтересовались.
– И как её только земля носит, мамку-то твою, – сказала одна. Она жила где-то неподалёку, кажется, через дом, но неся в мир слово божье (Иеговье), позволяла себе присесть у любого дома, у любого подъезда. Для всех прочих, заданиями свыше не обременённых, это было, конечно, мовэтоном. – Егоровы ей так и сказали: допилась, курва, что в газетах пишут, как только земля носит.
– Да вы... как вас там... – запнулась Мила.
– Вот оно, воспитание. «Как вас там»!
– Что за шум, а драки нету, – улыбнулась Лариса, Милина соседка из квартиры напротив. Шума она не любила, но надо же было как-то пройти. Подтянутая, в светлом костюмчике, – возвращалась откуда-то...
Лариса переехала сюда недавно – года четыре назад. Она тоже пыталась дружить с мамой.
Мама сидела тогда под домом, ещё только собираясь чем-нибудь затовариться, а «новенькая», Лариса, вышла погулять с собакой и Ремарком. Ремарк упал прямо маме под ноги, мама подняла его и принялась так рьяно чистить, что Лариса растаяла.
– Вы, я так понимаю, здесь живёте? А мы вот... приехали. Неофиты, так сказать!
– Какая прелесть! Сапрофиты, – передразнила мама.
– Нет, не сапрофиты... – хихикнула Лариса.
– Паразиты?
И всё-таки Лара испугалась не сразу. Она оказалась продвинутой, начитанной, с чувством юмора – и вообще, «с чуйствами». И ещё у Лары была пятилетняя (сейчас ей девять) дочь.
– Ребёнку надо гулять. Завтра погуляю с Ксеней, – пообещала Лариса. – Пойдёте с нами?
И действительно захватила с собой Ксеню. «Лучше бы она мозги захватила!» – сокрушалась мама...
– ...Это рассказ о художнице, Зюскинд, знаете ли, любит такие вещи... Ксеня, почему ты бегаешь?
– Мама, дуйчик!
– Это одуванчик. Повтори: о-ду-ван-чик! Ксеня, почему ты рвёшь цветы?
– Это дуйчик!
– Ксеня, почему ты споришь?!
