Всё это - Серёга! полностью

Серёга — идиот. Это я вам точно говорю. И как бы не распинался Батя — Иван Григорьевич — наш командир, как бы он не называл нас обоих балбесами и раздолбаями, но я вам отвечаю: первопричиной всех неприятностей всегда был именно Серёга.

Вот и в этот раз виноват исключительно он. Если бы не его идиотское предложение, ничего бы не случилось. На слабо он захотел меня взять, ха! Что я, маленький мальчик, что ли? И если согласился, то совсем не потому, что повёлся на его поддевки. Нет, просто мне самому стало интересно, получится или нет. Да, именно так и было.

И началось всё именно с моего товарища. Да вы хоть Ивана Григорьевича спросите! Только пропустите вводную часть, касательно раздолбаев в части и уверений, будто кроме двух паршивых овец, все остальные — пример для подражания. И вообще, Пятнадцатый Особый Гвардейский — гордость России. Ну и Земли вообще.

Короче, пристрелять новые лазерные карабины предложил именно Серёга. Гвардии сержант Сергей Яковенко. Ах да, забыл представиться: гвардии сержант Антон Карасев. Год — на Земле и полтора — на станции Заря восемь. Ну да, та самая на границе с империей Моур. Поначалу было не по себе от такого соседства: всё-таки — самая мощная и воинственная человекоподобная цивилизация, как никак. А после привык. Все эти совместные церемонии в подтверждение обоюдных мирных намерений.

Ладно, вернёмся к карабинам. Да, предложение пострелять исходило именно от Серёги. Хорошо, выпустить в качестве мишеней порцию мусора, не успевшего отправиться в утилизацию придумал я. И что? Мы бы по-быстрому перещёлкали все эти баки и коробки, так что и следа не осталось бы. В тире мы с Серёгой показывали лучшие результаты, если что.

Нет, ну кто мог знать, что этот долбаный дипломатический корабль заявится именно в тот момент, когда весь мусор окажется снаружи? У нас же не экстрасенсорный корпус, в конце концов! Да и пилот мог бы немного меньше форсить и включить торможение пораньше.

Глядишь, все сенсорные экраны и датчики остались целы.

И вообще, современные российские корабли способны защищаться от угрозы и пострашнее пары консервных банок!

Поэтому я считаю, что большая часть обвинений, которые Батя обрушил на наши несчастные головы, не имели под собой никаких веских оснований. И вообще, я сразу сказал, что гвардейцы должны постоянно повышать свой боевой уровень, дабы соответствовать…

А, блин, опять губа…

Как нам обрадовался прапорщик Храпов, только видеть нужно было! Он нам так всегда радуется. Улыбнулся, слезу пустил, а после облизнулся, точно оголодавшая до смерти акула. Кстати, именно стараниями сего милого людоеда у нас с Серёгой идеальный строевой шаг во время парадов и совместных ритуальных шествий с Моурианцами.

Почему? Ха! Двенадцать часов в сутки, при различных уровнях гравитации, да ещё и зачастую в полной выкладке. Ну и плюс всякие другие ништяки, на которые так богат военный разум прапорщика. Поэтому Храпов всегда рад нам, как рад удав новой порции кроликов.

Впрочем, в этот раз долго ему веселиться не дали. Всего пару суток мы пробыли тесно сплочённой, ненавидящей друг друга командой, а после прибыл сержант Скворцов и сообщил, что Батя вновь желает нас лицезреть. Причём, вид у Птицы был такой, что сомневаться не приходилось: полковник решил, нынешнее наказание — чересчур мягкое, поэтому негодников следует четвертовать в кипящем масле.

Прапорщик вновь пустил скупую следу голодного каннибала и пожелал нам скорейшего возвращения. Серёга рассказал, где он видит Храпова в светлом анальном будущем. Прапорщик не обиделся, но обещал, дескать денно и нощно станет размышлять, как разнообразить наше грядущее совместное времяпрепровождение.

Я же говорю: Серёга — дебил.

Пока мы шли, пацаны, попадавшиеся навстречу, смотрели на нас, как на покойников. Кто-то крикнул, что мы навсегда останемся в их сердцах.

Это обнадёживало.

Майор Савич, адъютант и секретарь Бати, осмотрел нас с ног до головы и пробормотал нечто загадочное, типа: «дуракам — везёт». Это людям-то, пару суток сбивавшим подошвы в полтора «g»! Шутник. После этого нам велели ступать в кабинет Бати.

Оказавшись в апартаментах командира, мы привычно хором начали докладывать, так и так; гвардии сержанты по вашему приказу прибыли. Иван Григорьевич приказал заткнуться и подойти ближе.

Кроме командира в шикарном помещении, стилизованном под каюту древнего моряка, находился ещё один человек. Средних лет мужчина с висками, серебрящимися сединой и в строгом костюме-тройке серого цвета. Судя по комплексному модулю: «Виктория бис» у левого виска, нас внимательно осматривал тот самый дипломат, чей кораблик мы едва не ухайдокали.

— Отлично, — сказал гость и поставил на стол маленькую чашку. Кажется, начальство потребляло кофе из лунной арабики. Гурманы, блин. — В живую оба выглядят более впечатляюще — то, что нам нужно.

— Я бы, на вашем месте, всё же подумал над другими кандидатурами, — полковник побарабанил пальцами по столу. — Более дисциплинированными. Скажем, Маликов или Дубина…