— Вот у девки нездоровое стремление работать, — сказала Си, обращаясь к Тимуру, — У неё внеплановые выходные, а она жалуется на скуку.
— Сама бы посидела в четырёх стенах, — надулась я, — Мне тут кроме Лёшки общаться больше не с кем! И то он приезжает только вечером, после работы, а уезжает, когда я ещё сплю…
— Мы планировали Рождество всем лейблом отметить, — сказал Тимур, — Но, видимо, тебе придётся отмечать его с Лёшей…
— Если он работать не будет 25 декабря ещё, — вздохнула я, — Мы недавно ёлку украшали! Я чуть со стремянки не грохнулась…
— Осторожнее там.
— Меня Лёшка поймал, — хихикнула я, вспомнив своё неудавшееся падение, — Верный рыцарь всегда на страже, если его принцесса лезет во всякие неприятности.
Поболтав полчаса с Кристиной и Тимати, я отключила скайп. Возникла идея написать текст песни, чтобы после выздоровления приехать на студию с готовым материалом и только записываться. Положив перед собой лист бумаги, я взяла ручку и поднесла её к губам, кусая колпачок. Откинув пару идей, пришедших в голову, я принялась черкать по листу бумаги, оставляя на ней слова.
Однажды ты войдешь, в распахнутый рассвет.
И нежно скажешь мне, с улыбкою «Привет».
Я вспомнила, как это вот «Привет» говорит Воробьёв и улыбнулась, фыркая. Немного исчеркав лист бумаги, перечёркивая слова, я всё-таки написала первый куплет, который выглядел примерно так:
Однажды ты войдешь, в распахнутый рассвет.
И нежно скажешь мне, с улыбкою «Привет».
Однажды, наизусть, твой запах заучив.
Спрошу я почему, и кто зашил в тебя магнит.
И нежность расплескав, над горизонтом рук.
Скажу тебе «Люблю, люблю, люблю, люблю.»
Но я не была уверена, что этот куплет таким и останется, потому что я потом могла сто раз его переписать. Начала писать припев, но дописать его мне не дал звонок в дверь.
Кого там принесло? Лёша решил свалить со съёмок? Или соседи за солью? Встав со стула, я пошла открывать дверь и увидела на пороге Егора.
— Привет, лягушонка в коробчонке, — улыбнулся парень, протягивая мне мягкую игрушку и коробку конфет.
— Зачем пришёл? Заразишься же! — воскликнула я, принимая подарки, — Хэй, стой на пороге! Тут заразно!
— Ничего, я не заболею, — ответил парень, проходя в квартиру, — А ты прикольно выглядишь…
— Лёша с завидным упорством красит меня каждый вечер, — буркнула я, — И всё-таки меня Тимати убьёт, если ты завтра покроешься пятнами.
— Не переживай, не убьёт. А что за Лёша?
— Воробьёв, — ответила я, — Он со мной возится, пока я болею.
— А почему именно он? — прищурился блондин, входя за мной в кухню, — Букетики от него?
— Да, Лёша розы оставляет по утрам, — произнесла я, — Чай будешь?
— Нет, я забежал на пару минут, проведать… Так что Воробьёв не боится заразиться?
— Он уже переболел в детстве ветрянкой.
— И он жутко этому рад, наверное, да?
— Ты говоришь так, будто ревнуешь, — засмеялась я.
— Ещё чего? Когда-то ты говорила, что самооценка у меня завышена и её стоит понизить? Могу повторить тоже самое и тебе, — усмехнулся Егор.
Парень действительно ушёл через десять минут, потому что ему нужно было на работу. Я снова осталась одна, но не поддалась скуке и села дописывать текст. Дописала припев и, заварив кофе, задумалась над вторым куплетом. К вечеру текст был дописан и я, потянувшись, решила прилечь посмотреть телевизор, но уснула уже через двадцать минут просмотра какой-то мелодрамы.
Следующие два дня Воробьёв лишь писал мне короткие смс, в которых было написано, что он всё ещё на съёмках и не может зайти. Просил самой мазаться зелёнкой, чтобы не дать появляться новым пятнам и волдырям. Пару раз в день звонили ребята с лейбла, занимая меня разговорами.
***
К моменту наступления Рождества я стала выздоравливать. И двадцать пятого декабря, спустя две недели и три дня после начала моего заболевания, я увидела, что почти все волдыри и пятна ушли. Я была так рада этому, что когда из ванной комнаты послышался мой дикий визг счастья, к ванной подлетел Воробьёв, напуганный моим криком.
— Адель! Что там у тебя?!
— Лёшка, ветрянка прошла! — крикнула я, открывая дверь комнаты и вешаясь парню на шею, — Я выздоровела! — на радостях я поставила на щеке парня след от блеска для губ.
— Это, конечно, замечательно, — улыбнулся парень, отстраняя меня, держа за талию, — Но, может, ты не будешь стоять в нижнем белье?
Я отступила от парня, закрывая дверь ванной и слыша за ней смех Лёши. Оглядев себя в зеркале, я широко улыбнулась и набрала горячую ванну, а потом, подойдя к двери, крикнула:
— Лёш, дай мне, пожалуйста, бутылку водки из морозилки!
— Я всё понимаю, но давай ты не будешь на радостях напиваться? — засмеялся парень, — Зачем тебе водка?
— Зелёнку отмывать спиртом буду, — хмыкнула я, — Давай сюда водку, не копошись, как черепаха!
