— Ага, — Егор стянул с плеча сумку и достал оттуда плед, постелив его на траву, — Садись…
— А бутербродов у тебя случаем нет? — хмыкнула я.
— Есть кое-что получше, — блондин вытащил из кармана плитку шоколада и протянул её мне, — Теперь твоя душенька довольна?
— Вполне, — я обрадовалась шоколаду и, отломив кусочек плитки, поднесла её ко рту Крида, — Кусай. Только не мои пальцы.
— А я хотел пальцы, — разочарованно протянул Булаткин.
— Сейчас заберу шоколад, — пригрозила я.
— Уговорила…
Егор откусил шоколад и сказал, что я коза. Почему именно не объяснил, но судя по тону, он улыбался. На улице уже было темно и единственным источником света была луна, и немного далёкие огни в окнах лагеря.
— Зачем мы вообще сюда пришли? — спросила я.
— Романтическая прогулка типа, — ответил Булаткин, отламывая ещё один кусочек шоколада.
— Для Дианы?
— И для неё тоже. Просто я захотел прийти на это озеро.
— А меня нафиг притянул?
— Мадам, ваши мозги всё-таки где-то потерялись, пока я вас верх ногами нёс? Сказал же, романтическая прогулка, — засмеялся Егор, — Напомни, чтобы когда будем идти обратно, твои мозги поискали по дороге.
— Придурок, — я ударила парня по руке и он выронил кусочек шоколада.
— Эй, мой шоколад! Ты должна заплатить за его смерть…
— Чего ты…
Но я не успела договорить, потому что Булаткин начал меня щекотать. Это были самые ужасные минуты в моей жизни. Я думала, что умру от смеха, пока не оказалась замотанной в плед. Егор сидел рядом со мной на коленях и улыбался.
— Никогда так не делай, — сказала я, когда пытка прекратилась, — Это… Это ужасно.
— У тебя трава и какие-то ветки в волосах, — засмеялся Булаткин, вытаскивая из моих волос какую-то веточку, — И ты похожа на… Чёрт!
На улице пошёл дождь. Егор встал и помог мне подняться, а потом, оглядевшись и найдя что-то взглядом, повёл меня в ту сторону. Оказалось, тут недалеко был какой-то домик и Егор, придержав дверь, пропустил меня первой.
— Я намокла, — сказала я, отряхиваясь, — Булаткин, ты где?
— Да тут, не видишь что ли? Ой, блин, тут же темно… Постой на месте, окей?
Парень куда-то прошёл, потом что-то упало и послышался тихий мат Егора. Через пару секунд парень зажёг какую-то свечку, которая висела в уголке под картиной.
Теперь стало хоть что-то видно и я могла примерно разглядеть, что было в домике. Он состоял из одной комнаты, в которой было всё, но не было кровати. Она стояла поломанная во второй углу, напротив входа.
— Сильно намокла? — Булаткин подошёл ко мне, — Снимай кофту.
Блондин стал стягивать с себя свою толстовку.
— Егор, не надо, — я положила руку на локоть парня, останавливая, — Заболеешь ещё.
— Одевай, я говорю, — блондинистая морда всё-таки снял с себя толстовку и протянул её мне, — Адель, мне самому надеть её на тебя?
Вздохнув, я всё-таки взяла толстовку, наблюдая, как парень, оставшийся в одной майке, плотнее закрыл дверь.
— Может ты…
— Блин, ты до сих пор её не надела? — Егор повернулся ко мне, — Адель, надевай.
— А как же ты?
— О, Господи, откуда ты на мою голову? Одевай. Я переживу, — парень посмотрел на часы, повернувшись в сторону свечи, — Чёрт, время уже половина одиннадцатого. Наше счастье, если этот чёртов ливень быстро прекратится.
Но ливень не прекратился ни спустя десять минут, ни двадцать, ни через полчаса.
— Придётся тут ночевать, — сказал Егор, — Дай-ка сюда плед.
Я протянула блондину требуемую вещь и посмотрела на то, как он постелил плед на матрас, лежащий в углу на полу. Пока я поправляла толстовку Егора, он успел лечь на матрас под стенку и похлопал по месту рядом с собой.
Я выгнула бровь. Он серьёзно хочет спать тут? Это я и озвучила.
— А ты посмотри в окно. За полчаса ты успеешь так намокнуть, что без проблем подхватишь воспаление, — ответил парень, — Туши свечку и ложись. Нам тут до утра куковать. Если хочешь, можешь обвинить меня в том, что я потащил тебя к озеру и теперь мы тут застряли на всю ночь.
— Не буду я тебя обвинять, — вздохнула я, задувая свечу.
— Почему? — раздался в темноте удивлённый голос Егора, по которому я и сориентировалась, куда идти.
— Ты отдал мне свою толстовку, — ответила я, спотыкаясь обо что-то.
— Осторожнее там, — Егор хмыкнул, — А то разнесёшь нам единственное сейчас убежище от ливня.
— Иди в пень, — фыркнула я и легла на матрас. К слову, сейчас я поняла, что эта ночь будет жестокой. Матрас был твёрдым, а ещё не было удобной подушки. Кажется, сегодня будут курсы «выживи в походных условиях», — Спокойной ночи.
— Если судить по твоему тону, ты не считаешь предстоящую ночь спокойной, — засмеялся парень, — Но, тем не менее, тебе тоже сладких снов.
Пока я пыталась уснуть и не замёрзнуть во влажных вещах, я крутилась на этом матрасе, как белка в колесе. Нечаянно прикоснувшись к руке Егора, я поняла, что она почти ледяная.
— Булаткин! — я привстала на локте, щурясь и пытаясь в темноте разглядеть контуры парня.
— Адель, тут тараканы?
— Нет.
— А чего тогда вопишь? — спросил парень.
— Ты чего не сказал, что замёрз? Идиот. Блин, забирай свою толстовку!
— Адель, я тебе уже говорил по этому поводу.
По тону парня я поняла, что он раздражён.
