Всё хорошо! полностью

— Русский, какой еще.

— А какую азбуку использует русский алфавит?

— У нас урок, что ли? Я скоро опоздаю!

— Кириллицу, балбес! А во всех упомянутых странах какая азбука? Латиница! Вот возьми английский алфавит и попробуй найти буквы, соответствующие указанным в предложении числам.

— О’кей, получилось Е=mc². Это и есть формула Вселенной?

— В некотором роде. А открыл ее Альберт Эйнштейн. На этой формуле вся теория относительности построена, из этого открытия ядерная энергетика выросла, правда, и бомба атомная из него же…

— А бессмертие тут при чем?

— Все в мире относительно. Мы живем, пока в нас есть энергия, пока мы способны ее вырабатывать. Но энергия не появляется из ниоткуда и не уходит в никуда. Она преобразуется в другие типы энергии. В общем, я тебе потом объясню. В определенном смысле мы все бессмертны!

— Круто! Глянь, я и не заметил: с обратной стороны ответ есть!

— Молодец, Вадька, ваш учитель. Зря вы его именем ослика прозвали, действительности не соответствует! Слушай, а эта классная новая, она тебе как?

— Да нормально вроде… А ты и ее знаешь?

— Вчера случайно познакомился.

— Что, нажаловалась?

— Ты о чем?

— Ну, про реки?

— А что у нас с реками?

— В контре вопрос был: «Сколько рек в Санкт-Петербурге?» Я спросил: «Какая разница, сколько рек?»

— И что?

— Обиделась вроде.

— А рек-то сколько?

— Девяносто три вроде.

— Здорово, а я, строитель, и не знал! Надо поблагодарить Марию Николаевну за ценную информацию. У тебя телефон ее есть?

— В столе лежит список класса, самый первый номер — ее. Странновато как-то, пап. То на собрания задвигаешь, то вдруг тебя реки заинтересовали… Пойду я. Спасибо за задачку.

— Пока, до вечера.

— Про игру не забудь! И про сумку тоже!

— У меня пока склероза нет! Дверь захлопни и капюшон надень!

— Пап, я достать капюшон не могу, там молния на спине.

— Гоняешь старика. Вот твой капюшон. Ты чего, Вадька? Ну, все хорошо?

— Норм.

(Идиот беспросветный! Сына обнять — ума нет. Он же ребенок! А кто не ребенок? На себя посмотри! Как был Четвертак, так им и помрешь. Да что это я? Какую присказку ни вспомню — все про смерть! Хватит уже. Жить надо. Сына растить. Ну и Марии Николаевне звякнуть не помешает. Катастрофа! Опять вместо телефона череп Митькин в кармане. Гад, еще и музыкой решил побаловать! Как же этот марш похоронный выключить?)

— Макс, ты как в воду глядел. Расскажи-ка, что ты про этого Ахманова знаешь?

— Ахманов-то тебе зачем? Он не нашего полета птица, про мелочь такую ему и докладывать не станут.

— Он звонил мне вчера и встречу назначил сегодня в одиннадцать на Ваське.

— Не может быть!

— Сам удивлен. Есть светлые мысли?

— Только темные предчувствия. Олигарх. Личность загадочная. Держит семь процентов мирового рынка композитных материалов, строит отели, один из крупнейших девелоперов. Всегда в тени. Никаких громких историй с женами и футбольными клубами. Живет не то в Швейцарии, не то в Непале. Загадочный тип. Постарайся ему понравиться. Если он сам в это дело впарился, значит, что-то судьбоносное.

— Что я, невеста, чтоб нравиться? Ваш отдел проверил контракт?

— Чистое золото. Два года гарантированной работы с приличной прибылью. Кредиты закроем. Тендеры твои благотворительные вытянем, и еще на жизнь останется. Такой шанс подняться не часто подваливает, не профукай. Отец на пенсию уходит. Больше никто не поможет В двенадцать подписание в офисе «Хелл». Я, юристы и канцелярия будем там заранее.

— Не нагнетай, Шишкин. Не конец света. Скажи Козловой, я сразу в «Хелл». Не буду по пробкам мотаться.