— Откуда я могу знать? Он меня в свои проблемы не посвящает, а мне не интересно спрашивать. — ответила Дефне, начиная потихоньку раздражаться её настойчивостью.
— О чём же он тогда пишет тебе?
Её соседка подняла голову и с подозрением взглянула на подругу, сидевшую напротив, та хранила невозмутимое выражение лица.
— Он спрашивает, как дела, настроение, учёба, погода и прочее. Я отвечаю, что всё в порядке, настроение хорошее, погода отличная, учёба продвигается. Ты довольна?
— А зачем злиться? — улыбаясь заметила Бельгин. — Ну, ты же понимаешь, что взрослый мужчина с теми достоинствами, которые Мелек с придыханием перечислила, не станет просто так, от нечего делать писать молоденькой девушке. От тебя не убудет, если ты проявишь немного интереса к нему, хотя бы из вежливости. А вдруг это знакомство изменит твою жизнь?
— С какой стати? Господин Ипликчи, наверняка, не страдает от недостатка женского внимания, ведь на рынке потенциальных мужей для девушек из хорошего общества он такая выгодная партия. — ехидно возразила Дефне, и на лице проступило хорошо знакомое всем, кто её знал, упрямое выражение. — Ты же слышала Мелек, я никогда не поднимусь выше круга, в котором родилась и выросла. Да я и не стремлюсь к этому. Меня окружают родные, знакомые лица, и не хочу я видеть насмешки и косые взгляды людей уровня Мелек или господина Ипликчи, осуждающих меня за то, что я не знаю их правил поведения. — она говорила с каким-то ожесточением и холодным блеском в глазах. — И вообще, знаешь, как говорят: «Прежде чем влюбиться с первого взгляда, проверь зрение».
Бельгин внимательно взглянула на подругу, в её словах ей послышалось отчаяние.
— Я не совсем поняла, ты кого сейчас имела ввиду, себя или его?
— Обоих... — буркнула Дефне и углубилось в чтение, давая понять, что разговор исчерпан.
В долгожданное, запланированное путешествие по городам Италии Дефне поехать не смогла по семейным обстоятельствам, за два дня до даты предполагаемого отъезда позвонил Сердар и без предисловий огорошил неприятной новостью, рассказав о сердечном приступе Тюркан.
— Я, конечно, сожалею, сестрёнка, о твоем несостоявшемся путешествии, но будет лучше, если ты сейчас вернешься домой.
— Прямо сейчас не могу, до окончания учёбы еще два дня. Я должна сдать проект и получить сертификат. — её голос звучал расстроенно. — А почему она дома, а не в больнице? Как это случилось?
— Я работал, когда мне позвонила испуганная Пчёлка, и сказала, что бабушка лежит, стонет и рукой за грудь держится. — ответил он.
— Но ведь она знает, где лежат лекарства, и что следует давать в таких случаях. — напомнила девушка. — Зная о возможных приступах, я её инструктировала перед отъездом. Как же так?
— Не знаю, Дефне. То ли она растерялась, то ли бабушка куда-то лекарство переложила, но она ничего не нашла. Позвонила мне, с работы меня, к счастью, отпустили, по дороге домой я нашёл Исо, и мы договорились встретиться у нас. — он помолчал, ожидая её реакции. — Когда приехал, нашёл лекарство и дал ей, через полчаса бабушке стало лучше и мы отвезли её к врачу, хотя она упиралась руками и ногами. Там ей сделали кардиограмму и взяли какие-то анализы.
Дефне перебила его.
— Какие анализы? Ты с врачом говорил?
— Да, он толком ничего не объяснил. — на её вопрос Сердар отреагировал раздражённо. — Оставили её на ночь в больнице, а утром ни свет ни заря, бабушка звонит мне и говорит, чтобы мы её забрали. Отпрашиваться снова я не стал, начальник и в первый раз недоволен был, отпустил только, когда я сказал о приступе.
Сердар долго испытывал терпение семьи, он то исправно ходил на работу и приносил бабушке деньги, то увольнялся каждый раз под одним и тем же предлогом ‒ «это не моё» и сидел на шею у женщин, пролёживая день за днем их старенький диванчик или впутываясь в сомнительные аферы с такими же безработными, как он сам. Полтора года назад, пытаясь провернуть «выгодное дельце», погорел, наделал долгов, которые семья с трудом погасила, попросив помощи отца. Метин взял кредит в банке на своё имя, так как ни Дефне, ни бабушке его просто не дали бы, но деньги банку выплачивали именно они, живя около года в режиме жесткой экономии. После работы в кафе девушка приходила домой и садилась за шитьё, выполняя заказы, за которые получала неплохие деньги, а учитывая, что при этом она продолжала ходить в университет, именно на неё легла самая большая нагрузка по вытягиванию семьи из финансовой банковской кабалы. Такое перенапряжение сказалось на здоровье, Дефне начала катастрофически худеть и внезапно слегла с пневмонией.
