В школе организовали ещё две экскурсии: в музей римской цивилизации, где экспонатами служили скульптуры и их фрагменты, надписи, рельефы, утварь, предметы домашнего хозяйства, саркофаги первых христиан и другие свидетельства становления и развития римской империи, эти артефакты делились на тематические секции и рассказывали посетителям историю древнего Рима вплоть до шестого века нашей эры. Но более сильное, и без преувеличения сказать, незабываемое впечатление произвело на Дефне посещение частной галереи Дориа-Памфили, расположенной в одноименном палаццо, занимающим целый квартал. Богатое собрание живописи семнадцатого века, скульптуры и мебели потрясло её воображение, она с удивлением узнала, что самые значимые картины были приобретены папой Иннокентием Десятым, происходящим из рода Памфили, в этой галерее в отдельной комнате был и его портрет кисти Веласкеса. Когда студентам сказали, что богатый и знаменитый род здравствует и поныне и не покинул своего имения, проживая во флигеле на территории, закрытой для посторонних лиц, они приникли к окнам в тщетной надежде увидеть хоть кого-то из отпрысков такой знатной фамилии итальянских аристократов.
Почти каждый вечер девушки планировали исследование какого-нибудь квартала огромного города, открывая для себя прелестные в своей простоте уголки, которых нет ни в одном путеводителе, но в которых жила душа Рима, не обеспокоенная присутствием сомлевших от жары иностранцев. Иногда они незаметно присоединялись к большой группе туристов и слушали рассказ гида, пока какой-нибудь слишком дотошный путешественник не начинал выяснять, откуда они взялись. В кампус возвращались поздно вечером, быстро ужинали и допоздна сидели за заданиями, учёба близилась к концу, и каждую из них ждала защита проекта на одну из предложенных преподавателем тем.
Омер Ипликчи не забывал о ней и давал о себе знать каждый день, он не звонил и не пытался выйти с ней на связь по интернету, просто присылал короткие сообщения, в которых, как правило, интересовался её делами, желал успешной сдачи итоговых тестов и хорошего настроения. Она всегда отвечала ему, но сама в переписку не вступала и всё чаще ловила себя на мысли о том, что этот малознакомый мужчина, так странно ворвавшийся в её жизнь, начинает занимать в ней слишком много места. Уличив себя в этом, как в чём-то запретном, хмурилась и сердилась, романтические отношения никак не вписывались в её планы на ближайшие два года, следовало закончить учебу и найти работу, лишних денег в семье никогда не было, накоплений тем более, а если Сердар надумает жениться, то ситуация осложнится ещё больше, поэтому её заработки станут необходимым дополнением к бюджету. К тому же Дефне планировала найти подходящие дизайнерские курсы, которые могла бы посещать в вечернее время и, совмещая работу с конструированием и шитьём одежды, развиваться параллельно в двух направлениях. При таком ритме жизни времени на личную жизнь не оставалось, но это её не огорчало, трагедия, пережитая в детстве, бегство матери и постоянное отсутствие отца сформировали не слишком благоприятный образ семьи.
На последнем занятии в языковой школе речь зашла о планах на будущее и почти все присутствующие, как юноши, так и девушки определили главной целью стать хорошим специалистом в выбранной профессии, даже Мелек, хотя Дефне знала, что действительности это никак не соответствовало.
— Мелек, ты решила слиться с толпой? — подколола её Бельгин, когда они перебрались в сад под спасительную тень зонтиков. — Мы же все знаем про твои цели в жизни.
Девушка пожала плечами.
— Да, кому какое дело? Я здесь никого не знаю, почему я должна делиться своими планами с совершенно посторонними людьми? — и она посмотрела на своих ближайших подруг. — Правда, девочки?
Те с готовностью кивнули, у всех троих были вполне обеспеченные семьи, конечно, ни Сезен, ни Йетер не ставили целью, как можно быстрее выйти замуж, но пока они очень слабо представляли себе, чем хотели бы заниматься по окончании университета.
— Как вы не понимаете, — поучала Мелек, — в нашем обществе высшее образование необходимо девушкам, как хороший маникюр и стильная одежда. Это придает вес, повышает шансы на удачное замужество с хорошим, образованным мужчиной.
— А я по наивности думала, что образование дает профессию и востребованность на рынке труда. — с иронией заметила Дефне.
— Для тебя ‒ возможно. — кивнула Мелек. — У твоей семьи, как я знаю, денег не водится совсем. Ну, получишь ты образование, найдешь работу, но всё равно останешься в том обществе, откуда вышла.
Бельгин сделал попытку остановить эти нелепые рассуждения, полагая, что Дефне с её ранимостью трудно выслушивать откровения такого рода, но Мелек не обратила на это никакого внимания и продолжала разглагольствовать.
