– Нет, пожалуй, не стоит, – сказал Вульф, – разве что этот Дональдсон окажется портным. Просто выясни, портной ли он, только поаккуратнее. Если да, то узнай, где он живет. Потом найди мисс Руни… погоди, я сейчас дам тебе адрес…
– Я помню ее адрес.
– Так найди ее. Заручись ее расположением. Завоюй ее доверие, подружись с ней. Заставь ее развязать язычок. Узнай что-нибудь интересное.
– Что, например?
– Откуда я знаю! Выведай все, что только сможешь. Черт побери, Арчи, неужели я должен тебя учить! Ты и сам прекрасно понимаешь, к чему сводится следствие в подобного рода делах. Тут ничего не остается, кроме как действовать методом проб и ошибок…
Тут я уловил краем глаза какое-то движение у двери: кто-то вошел в кабинет и быстро приближался к моему креслу.
– Ладно, – сказал я Вульфу. – Отыскать упомянутую особу будет непросто, но я постараюсь, даже если на это уйдут ближайшие сутки.
Повесив трубку, я широко улыбнулся посетительнице и приветствовал ее словами:
– Здравствуйте, мисс Руни. Вы не меня, случайно, ищете?
Энни-Одри была одета в скромное, но элегантное шерстяное платье коричневого цвета, украшенное россыпью маленьких красных узелков. Вид у нее был отнюдь не радостный. В жизни бы не подумал, что такое красивое румяное личико может выглядеть настолько кислым. Не поздоровавшись и даже не кивнув мне, девушка с места в карьер требовательно и громогласно вопросила:
– Если человека арестовали, как с ним можно встретиться?
– Зависит от деталей, – ответил я. – Только не надо на меня кричать. Лично я никого не арестовывал. А с кем вы хотите повидаться? С Броадайком?
– Нет. – Она рухнула в кресло так, будто ей внезапно отказали ноги. – С Уэйном Сэффордом.
– А за что его арестовали?
– Не знаю. Сегодня утром я виделась с ним в конюшне, а потом отправилась в центр города устраиваться на работу. Недавно я позвонила Люси, своей лучшей подруге и здешней сотруднице, и она рассказала мне, что ходят слухи, будто Вик Телботт продал те злополучные эскизы Броадайку. Ясное дело, я явилась выяснить, что происходит, а когда узнала, что Телботт и Поул оба арестованы, позвонила Уэйну – хотела все ему рассказать. Однако на конюшне мне сказали, что к ним пришел полисмен и забрал Уэйна.
– А вам не сказали, что он натворил?
– На конюшне никто ничего толком не знает. Так как я могу встретиться с Уэйном?
– Боюсь, что никак.
– Но я должна быть рядом с ним!
Я покачал головой:
– Для копов это не аргумент. И вообще, не дергайтесь раньше времени. Мы же не знаем, что было написано в ордере. Может, в полиции просто захотели проконсультироваться у него насчет потоотделения у лошадей – в этом случае ваш Уэйн вернется домой уже через час. Если же они поймали его на чем-то или вообразили, будто поймали, – тогда одному Богу известно, что будет. Но вас к нему точно не пустят: вы же не родственница и не адвокат.
Мисс Руни сидела не спуская с меня взгляда. Такой грустной я ее еще не видел. Через некоторое время она опять заговорила:
– Вчера вы сказали, что я славная девушка.
– Намекаете, что теперь я должен запустить свой бульдозер и перелопатить ради ваших прекрасных глаз небеса и землю? – Я снова покачал головой. – Даже если бы я потерял от вас голову, максимум, что я мог бы сделать для вас в сложившейся ситуации, – это подержать вас за руку… Но, судя по выражению вашего лица, вы надеетесь совсем не на это. Послушайте, может, введете меня в курс дела?
Она поднялась, обошла стол, чтобы добраться до телефона, и поднесла трубку к уху:
– Хелен? Это Одри. Дай мне, пожалуйста… Впрочем, не надо. Извини за беспокойство.
Мисс Руни вернула трубку на аппарат, примостилась на край стола, еще некоторое время сверлила меня неприветливым взглядом, а затем объявила:
– Это все я виновата.
– В чем именно?
– Да во всех этих проблемах. Они возникают всюду, стоит мне только где-нибудь появиться.
– Ну да, мироздание полно проблем. Они возникают, стоит только появиться хоть кому-нибудь из нас. Послушайте, по-моему, вы здорово перенервничали и совершенно запутались. Вчера вы уверяли меня, будто все хотят повесить на вас убийство, однако никто из наших посетителей и словом об этом не обмолвился. Может, вы и на этот раз ошибаетесь?
– Нет, я не ошибаюсь, – обреченно сказала она. – Судите сами. Сначала на меня повесили кражу эскизов. Обвинить могли кого угодно, но под руку подвернулась именно я. Такая уж я невезучая. Теперь вдруг все прояснилось, ко мне никаких претензий, и что дальше? Уэйна арестовывают за убийство. Но и это еще не конец…
– Мне казалось, вы сказали, будто не знаете, за что он был арестован.
– Так и есть. Но вы сами увидите, чем все закончится. Вот что, мне нужно встретиться с Дороти Кийс.
– Она занята с посетителем.
– Знаю, но за это время он уже мог уйти.
– Ее пожелал видеть некто Дональдсон, и это меня несколько настораживает. У меня зародилось подозрение, что мисс Кийс решила устроить собственное маленькое расследование. Вы не знаете, случайно, кто этот Дональдсон? Не частный детектив?
