– Лучше. Там еще был твой капитан, поэтому тебя с Абараем забрали моментально, и что было с вами, я не знаю. Абарай отказывается до сих пор рассказывать, а раз ты не помнишь… Решили пожалеть тебя и не напоминать.
Я… в говно пьяная до такой степени, что ничего не запомнила, столкнулась с Айзеном? Так вот чего он год назад со мной неделю почти не разговаривал. Что я такого там творила?! Только не говорите, что заблевала его комнату… а если на него меня стошнило? Бля-ять!
– По твоему взгляду похоже, что ты начала о чем-то вспоминать.
– Н-нет, не дай бог мне вспомнить о чем-то…– аж заикаясь от пробившего меня ужаса, забормотала я и злобно глянула на Юмичику. – Лучше б я просто пошла погулять…
– Опять бы ото всех пряталась на холме Сокиоку?
– Там хоть тихо и вид красивый… Блин, вот зачем напомнил?
– Мне нравится наблюдать твои эмоции, а то в последнее время ходишь мрачнее тучи.
Мрачнее тучи… А как не ходить мрачнее тучи? Прошло восемь лет, беззаботная – относительно беззаботная – жизнь подходила к концу, и с каждым новым пройденным днем я все сильнее нервничала. Мне неизвестно точное время, когда за Кучики Рукией отправят Бьякую и Ренджи, но вот одна вещь благодаря лейтенантскому званию мне стала известна – шинигами отправилась на судьбоносную миссию шесть дней назад.
Процесс запущен… господи.
– Так, подожди, – одумалась я, возвращаясь к разговору и с подозрением глянув на собеседника: – Что значит «нравится наблюдать мои эмоции»?
– А-а… – замешкался Юмичика, похоже, не обдумав дальнейшую историю. Нервно усмехнувшись, пробормотал: – Ну, ты просто всегда такие глупости творишь, забавно наблюдать за тобой.
– Вообще не убедил, придумай оправдание получше.
– А что ты хочешь, чтобы я сказал?! – взвился парень, театрально разведя руками и вздохнув: – Что мое сердце трепещет, когда я вижу твою улыбку, а сама ты явилась мне благословением?
– Ну а почему нет? – солидарно уточнила я, с наигранным превосходством убрав за ухо выбившуюся прядь волос. – Я настоящее произведение искусства, мое тело теперь просто идеально, а вкус в стиле лишь подчеркивает сильные стороны.
– Это ты про свой ошейник что ли?
– Это чокер, и он носит не только декоративную функцию.
– Ну, если тебя капитан на поводок сажает, я не удивлюсь, – пробормотал парень, – ведешь себя порой, как бешеная собака.
– Господи… это ограничитель, дурака кусок. Как та же повязка на глазу у капитана Зараки. Только он сдерживает свою силу, а я – накопленную.
– Его снимать нельзя?
– Можно, но с определенным заклинанием, которое активирует метку высвобождения реацу, – махнув за спину, сообщила я.
– Так ты не просто так забила половину спины татухами?
– Конечно, нет! В первую очередь исходила из практичных соображений, – язвительно зашипела я, – для души я на бедре набила.
– Чего?! Ты же девочка!
– Хуевочка! Вы уже задолбали! Один тут возникал… теперь ты еще.
– Еще? А кто?.. Капитан что ли твой? Пф, могу понять… хотя, за последние года я от тебя уже всего, что угодно могу ожидать. И… а как?..
– Что «как»? – заворчала я.
– В последний раз ты щеголяла с открытыми ногами лет семь назад. И… как он?..
– Ты не хочешь этого знать.
– Ладно, я не хочу этого знать.
Хоть я и бубнила, как старая бабка, беседа мне определенно приносила удовольствие. С некоторых пор таких моментов беззаботного веселья, когда можно было расслабиться, ни о чем не думать, становилось все меньше. Раньше я старалась не брать слишком много миссий по уничтожению Пустых или поимке преступников, но чем чаще удавалось вырваться за пределы Серейтея, тем легче дышалось.
Восемь лет… какой-то ужас. Как могло так быстро пролететь время? Не понимаю. Казалось, только вчера я надрывалась от банальных тренировок по фехтованию, да шарахалась каждой тени. А сейчас… Сейчас факты таковы, что до вторжения Куросаки Ичиго с друзьями осталась, наверное, пара месяцев, не больше. Как я уже и говорила, благодаря званию лейтенанта мне дозволялось отслеживать распределение миссий, а также патрулей. Кучики Рукию отправили на легкое задание, которое могло быть завершено за два-три дня, но она отсутствовала практически неделю.
Что ж мне делать? Мне казалось, что восьми лет хватит, чтобы определиться с планом действий, определиться… со стороной. Ни черта. Хоть я и продолжала исполнять тайные поручения Айзена, видеть его истинное лицо, меня до сих пор мучили сомнения. Сомнения во всем. Потому что помимо психопата-капитана я успела привязаться к другим людям, они стали неотъемлемой частью моей жизни. Такая комфортная приятная обстановка… Удобство и привычный ритм жизни не просто расслабляли, но и подкупали.
