Надеюсь, не вспомнишь, кто я.
Такие парни, как я, ведь
На деле ничо не стоят.
Моим строчкам не хватает
Как бы мягкости и нежности…»
Покорно записываю, с сожалением закрывая фотоальбом.
Я пытаюсь представить себе завтрашний день. Завтра опять спортзал, бассейн, клуб, работа – Лора… Моя клиентка.
НЕНАВИЖУ ВСЕХ ЭТИХ БЛЯДЕЙ!
Как трахать кого-то после НЕЕ?
Надо научиться жить с этим…
Она теперь просто моя история. Моя муза. Ее нет, и не будет в моей реальности. Я не могу позволить ей так разочароваться во мне. Хочу, чтобы осталось и у нее что-то от того меня, который существует только рядом с ней – полноценного.
Надеюсь, Валери не скажет, кто я. Найдет способ оставить ее в неведении.
Блять! Ну как я мог раньше гордиться всем этим?
Перед ней просто больно и стыдно.
Не хочу, чтобы она чувствовала омерзение от нашей близости.
Господи! Как же было хорошо рядом с ней!
Сюжеты нашей близости снова покоряют меня. Ее пальцы на моих глазах… Ее шепот… ее крики и стоны. Мой потерянный рай.
«Было классно, мы голые.
Зая, поспи на мне,
Думаешь, я один такой?
Знаешь, прости, но нет.
Забудь, забей. Меня тебе
Подали не свыше,
Но я написал тебе песню, которую ты
Никогда не услышишь».
Пишу смс и отправляю самому себе…
Завтра наступит новый день моей ебучей никчемной жизни.
Без нее.
Без надежды на нее.
И мне нужно быть готовым.
И я не должен больше вспоминать о ней ТАМ.
Иначе я не смогу перенести этого.
Она останется моей мечтой, только ночью, когда все мое ежедневное дерьмо позади, и я один, в своем убежище.
Я знаю, она тоже будет вспоминать меня ночью.
Вспоминай меня ночью, родная, я буду чувствовать это…
«Вспоминай меня ночью,
Не поцелую на прощание точно.
Время вернуть назад, я знаю, ты хочешь,
А я уйду и не вернусь,
Но вспоминай, но вспоминай меня ночью.
... вспоминай меня ночью,
... вспоминай меня ночью.
Любовь неусваиваема давно мною,
Но все грехи я посланием этим, дай Бог, смою».
Эти строки я запомню… Они, как молитва...
На часах четыре.
Уснуть все равно не смогу.
Набираю знакомый номер, через несколько долгих гудков он берет трубку.
– Алекс, ты ебанулся?! Четыре утра… – слышу я заспанный голос Эрика.
– Я по нашей теме…
– Черт! Здорово… – просыпается он. – Я тебе тут несколько текстов подготовил. Авторы известные, тексты отличные, бодренькие такие…
– Ты же знаешь, что я не буду читать чужие тексты…
– Тогда какого хера…
– Я написал свой.
– Что ты сделал?! Ты серьезно?
– Да. Он охуенный. И ритм тоже уже родился, но только в голове. К утру переложу на ноты.
– Блять! Это круто! Давай запишем? Ты завтра можешь, я соберу народ…
– Часа в три подъеду. Но я ненадолго, только почитаю, познакомлю и отдам ноты. У меня работа в шесть.
– Счастливчик! Опять будешь драть лучших телочек города?
– Типа того… До завтра.
– До завтра.
Блять, это вернулось.
Я снова могу писать…
Если я скажу все это вслух, мне кажется, станет легче. Хочу разделить это с толпой. Для одного это слишком много. Слишком невыносимо.
Достаю нотную тетрадь и сажусь за комп, загружая программу для написания музыки…
Я увлекаюсь, и меня немного отпускает моя боль.
Записывая, переписывая, перечитывая и миксуя, я сделал демо-версию к десяти утра.
Включаю. Ложусь на пол и наслаждаюсь осколками своего рая, растворяясь в мазохистских ощущениях… И, кажется, засыпаю под конец трека.
Johnyboy – Вспоминай меня ночью
Глава 4
Мне не больно
Я на больничном… «Болею». И это не совсем вранье – я, правда, чувствую себя больным.
Вот уже пятый день я съезжаю с заказов. Это, конечно, не может длиться вечно.
Нахера я тяну?
Очень сложно объяснить причину.
Мое тело… Оно было словно помечено ей. Я смотрю на свои пальцы, и ощущения от касаний к ней становятся реальными и яркими. Я провожу пальцами по своим губам и чувствую ее губы, ее вкус. Я отчетливо могу вспомнить ощущения от проникновения в нее, ощущения ее рта, посасывающего мои пальцы…
Секс с другой женщиной сотрет все это с моего тела.
Я понимаю, что это неизбежно, но…
Еще хотя бы немного!
Уйти, что ли, в «отпуск»? По контракту мне положено три недели в год по личным причинам.
А у меня сейчас охуенная личная причина.
Руки опять тянутся к телефону, и я снова ввожу – «Я буду любить»…
Я уже привык к болевому спазму, сопровождающему это действие. Мне даже начинает нравиться это ощущение. Я смотрю их каждый час и помню каждую деталь каждой фотографии. Я даже просыпаюсь несколько раз ночью, чтобы просмотреть. Если бы умел, я смог бы на память нарисовать их все.
Я смотрю на ее пухлые, слегка приоткрытые во сне губы и притрагиваюсь к своим. Тактильная память тут же мне выдает воспоминания о том, как я сминал их, и ощущения вырывают из меня тихий стон. Я закрываю глаза и вспоминаю, как двигался ее язык в моем рту.
Большим пальцем я глажу подушечки указательного и среднего, потому что они чувствуют сейчас ощущение от проникновения в нее… И я облизываю их, надеясь почувствовать ее вкус.
Знаю, что это нереально. Все давно уже смыла вода, но я ЧУВСТВУЮ!
Вспоминает ли она обо мне сейчас?
Наверняка.
Что ей сказала Царевна? Правду?
Блять, только не это! Пусть соврет что-нибудь…
