Кто-то толкает в спину, желая удачи, и я чувствую руки ребят, которые пытаются поддержать перед выходом, хлопая меня по плечам. Конферансье чего-то там орет со сцены и зал взрывается гулом и аплодисментами.
Слышу первые тяжелые ноты своего трека…
Открываюсь, выходя под прожектор, и толпа затихает под тяжестью всего, что я принес им.
И, пробегаясь слепыми глазами по залу, я впиваюсь ими в знакомый силуэт… Может, мне это, конечно, кажется… даже наверняка…
Но я буду думать, что это она там, в толпе и я буду рассказывать сейчас свою версию нашей истории.
Зачем?
Не знаю… У исповеди нет логики…
Передо мной лежит красивая и нежная,
Я сфоткаю её на память...
Будет слайд шоу.
И мы друг друга изнасилуем тут бешено,
Она полюбит меня может,
Но ей не узнать, что...
Не вспомню я её...
Нахально и грубо
Мы займёмся с нею тем, что называешь ты любовь.
Она одна проснётся в этой спальне под утро,
Ведь не даст мне с нею быть незаживающая боль...
Перед глазами прокручиваются первые моменты нашей встречи: ее пластика... ее испуг... смущение... улыбка... летящие в коридор кроссовки…
Ее мокрые волосы, ее губы, пьющие отраву прямо из горлышка… Ее глаза!
И я выдаю, выдаю ей свою версию… пусть знает… Пусть смотрит какой я есть! И как она вписалась в мою циничную реальность…
И что наделала со мной!
Пусть поймет…
А перед глазами наши головокружения… И моя решительность взять её хотя бы на миг!
А потом так много её! Ее невинность, чувственность и страсть!
«Я буду любить твои глаза…» и моё ожившее сердце…
Мои отчаянные попытки унести хоть немножечко ее с собой.
И я знаю – то, что было между нами навсегда останется. И я умоляю мою девочку…
Вспоминай меня ночью,
Не поцелую на прощание точно.
Время вернуть назад, я знаю, ты хочешь,
А я уйду и не вернусь,
Но вспоминай, но вспоминай меня ночью.
Вспоминай меня ночью,
Вспоминай меня ночью.
Любовь неусваиваема давно мною,
Но все грехи я посланием этим, дай Бог, смою…
Зал орёт, хавая мою боль.
Мне не жалко… Пусть.
Пусть знают все!
Их прошибает.
Толпа – словно усилитель моих эмоций и чувств, и мне, кажется, моя девочка плачет от моей безнадеги…
Но безнадега – это не все, что у меня было!
И рассказываю ей нашу маленькую сказку…
Моё сердце радо обманываться. Сейчас я весь там, в том маленьком тревожном, но счастливом мгновении. И я даже, кажется, улыбаюсь, потому что весь зал улыбается вместе со мной… И мне, кажется, ее глаза тоже смотрят этот наш маленький, но счастливый эпизод.
Уснула рано... и спала сладко-сладко....
Я просидел бы до утра у твоей кроватки,
И любовался тобой, как любовался Эдвард
Своей любимой Беллой... твоим прекрасным телом…
И может я не сильный, как и он, не столь красивый,
Но я доверил тебе свое сердце – носи его
Возле своего... ты же любишь эту сказку?
А я ради тебя готов в ней поучаствовать...
Готов любить тебя, как он, даже сильнее!
В сто раз сильнее! Да и люблю на самом деле...
И знаешь, я подумал, мы же с ним так похожи:
В его венах нет движения – в моих тоже.
И дело в том, что... когда я дышу тобою,
Я замираю весь, будто застывает кровь.
Только не думай, что холодный, не переиначивай,
Потрогай мое сердце, вот... горячее горячего…
Давай представим, будто мы попали в сказку,
Будто я – Эдвард, а ты – Белла, и пусть опасна
Эта любовь... ты будешь для меня богиней,
А я твоим... личным сортом героина…
Моё разорванное уже сотни раз сердце в очередной раз сжимается от боли, вспоминая, как посмело поверить, в то, что всё возможно... В то, что имеет смысл в моем глючном организме!
У него есть еще пару минут, пока звучит трек, чтобы стучать не бессмысленно...
Эта любовь не поддается описанию,
но только не для нас, мы и так знаем все сами.
И может я не Эдвард, а ты не Белла вовсе,
но давай забудем все и на миг представим...
Давай представим, будто мы попали в сказку,
Будто я – Эдвард, а ты – Белла, и пусть опасна
Эта любовь... ты будешь для меня богиней,
А я твоим... личным сортом героина
Моё больное капризное тревожное счастье и моя надежда на нее…
Моё море, прошу тебя, не выплюни меня на берег
Во время очередной бури твоих истерик.
Я так давно тебя искал по грязным пресным руслам.
Зубами сети рвал, напрягая каждый мускул,
И я готов сожрать пуды твоей горчащей соли
За то лишь, что ты здесь остаться мне позволишь,
За то, что дашь и дальше мне дышать своею влагой,
Кроме этого блага, мне больше ничего не надо.
Это правда, я за воду жадно набранную в жабры,
Подарю тебе всего себя, только не нужно, ладно,
Выбрасывать меня волной на берег и изгибы
И оставлять там подыхать как ту другую рыбу…
Про боль и пустоту… попытки оставить её в покое!
Освободиться от её власти надо мной!
Глупые и бесполезные! Как и последняя… Абсолютно бесполезные!
Затянись мною в последний раз,
Ткни меня мордой в стекло,
Дави меня, туши мою страсть.
Буду дымить назло.
Боль на фильтре грязным бурым пятном –
Все, что мне от тебя останется.
Урна – мой будущий дом,
И вряд ли мне там понравится.
Серым пеплом осыпятся вниз
Те мечты, что не сбудутся никогда.
Меня вряд ли раскурят на бис,
Шанс если и есть, то один из ста.
Тебе травиться никотином моим,
Тебе – кашлять моими смолами.
Выдыхай скорей мой последний дым,
