Вторая книга о Вальтере Кенинге.
Вальтер сидел за накрытым столом, методично играя с небольшим столовым ножом. Ставил на остриё, спускался пальцами вниз, переворачивал лезвием вверх, снова спускал пальцы, и снова переворачивал на остриё. Вальтер думал. И думал крепко, ибо информация открывалась неприятная.
Хасельхофы, судя по данным, слитым трактирщиком, варьировавшимся от фактов до уверенных слухов, имели деловые отношения не только с аристократией или торговцами, но и пресловутым синдикатом. Преступной организацией, державшей в кулаке половину империи! Всё, что касалось незаконной деятельности на доброй половине территорий, приносило деньги именно Синдикату. И его главе — Червю. В том числе контрабанда колдовского льда, ставшего новым наркотиком для чародеев.
Личность Червя была такой же загадочной, насколько и мистической. Первые сведения о нём датируются по словам трактирщика третьим веком до новой эры, а это было шесть столетий назад!
Оставив нож в покое, Вальтер начал играться с собственной силой, формируя на руке различные фигуры. То пингвин по ладони пробежит, то миниатюрный дракон крылья расправит. Всего лишь анимированные фигурки, ничего особенного, но тут вдруг Вальтер воспроизвёл другой недавно виденный знак. Свастика, сотканная из белоснежного пламени, зависла над его рукой, после чего сама собой начала вращаться по часовой стрелке. И так быстро набирала скорость, что вскоре символ превратился в смазанный круг, начав испускать всё больше света!
— А? Это ещё что…? — убрав руку, и разорвав всякую прямую связь со своей силой, Вальтер продолжал с удивлением следить за странным эффектом. Символ, переставший получать какую-либо подпитку извне, продолжил висеть в воздухе, быстро вращаясь. И испускаемый им свет ничуть не уменьшился! Напротив, весь зал уже затопило это белое свечение, словно здесь взошло маленькое солнце, начавшее дарить свою благодать.
Но самое удивительное было в том, что запас энергии не уменьшался! Вальтер всё ещё прекрасно чувствовал символ, и силу в нём, и даже не касаясь его, мог сейчас легко им управлять. Попытался замедлить вращение, и у него получилось. Пожелал усилить свечение, и тот легко отозвался на его волю! Даже когда он отошёл в другой конец зала, метров на тридцать, связь ничуть не стала меньше, продолжая легко отзываться на волю ифрита.
— Удивительно… Неужели это местная магия огня, завязанная на символах? Или что-то иное, более древнее, связанное с этой планетой? И откуда, чёрт возьми, этот знак черпает силу на создание света? — погасив символ, Вальтер стал ещё более задумчивым. Выходило, что свастики и вязи, созданные на их основе, и правда обладали реальной силой в этом измерении? Но значит и амулеты с оберегами, владевшие той же концепцией! Вынув из нагрудного кармана найденный в развалинах Яровик, барон попытался влить в него частичку белого пламени. Он так и таскал его с собой с тех пор.
Оберег из обсидиана тотчас побелел, и в руке Вальтера начало пульсировать сосредоточие чужой воли. Словно оберег имел собственное стремление! Эффект был сродни тому, когда Вальтер держал в руках чужую душу, пусть и многократно слабее, отчего он даже вздрогнул, выронив оберег. Тот выпал на столешницу, едва не попав в тарелку с тушёными овощами, и сразу потух. Но влитая в него сила никуда не делась, продолжая ощущаться сосредоточием воли. И воля эта была недовольна!
«Это же женский оберег…» — вспомнил вдруг барон.
Подхватив поделку народа из далёкого прошлого, Вальтер отправился наверх. Эльза уже давно ушла спать, и вряд ли его впустит к себе, но у Вальтера были способы обойти и эту проблему.
Остановившись перед её дверью, он начал формировать на своей руке электромагнитное поле, с помощью коего теперь искал засов. Нащупав металл по ту сторону двери, Вальтер заставил его медленно сдвинуться вправо, после чего легонько толкнул дверь от себя. Вошёл в тёмную комнату, и сразу же нашёл глазами спящую фигуру девушки.
Спала Эльза беспокойно, хмурилась, дёргала пальчиками. Ей явно снился какой-то кошмар. Но оно и немудрено после всего увиденного.
Но стоило Вальтеру положить оберег той на чуть обнажённую под одеялом грудь, как черты лица Эльзы разгладились. Прошло едва ли больше минуты как девушка и вовсе улыбнулась сквозь сон, повернулась на бочок, отчего оберег скользнул ей под одеяло, и размеренно засопела. Да и оберег наконец успокоился, лучась довольствием и уверенностью.
— Ну и хорошо. Пусть так, — оставив спящую девушку в покое, Вальтер вышел тем же путём, затворив за собой засов. После чего вернулся обратно в зал. Спать ему отчего-то совсем не хотелось.
Там он продолжал обдумывать возможные последствия всех своих будущих поступков, строя дальнейшие планы. Но его одиночество вскоре снова прервали.
