– Перестань. Ты ей очень нравился. Просто она никогда не выказывала своих чувств.
Они оба улыбнулись: все было так свежо в их памяти, как если бы это случилось вчера.
Лицо графа Коковцова было непроницаемым.
– Двадцать минут прошли, – прошептал он. Князь спокойно кивнул.
– Вели машинисту отправляться.
Ирина взяла мужа за руку. Она знала, что душа его разрывается на части.
«Теперь он будет любить только меня, – подумала она. – Мне не придется делить его привязанность с кем-то другим. Единственная любовница, кого он действительно любил, ушла из его жизни. Мне надо бы радоваться. Почему же мне так грустно?»
Машина пронеслась мимо разоренных складов и с грохотом покатилась поперек заброшенных рельсов. Всякий раз, когда шины ударялись о выступающие над землей шпалы или рельсы, автомобиль подбрасывало, и Сенда чувствовала, как у нее стучат зубы. От сильного встречного ветра ее лицо было залито слезами. Она беспрестанно вытирала их и вытягивала шею. Где же поезд?
И вдруг она увидела его.
– Туда! – закричала Сенда. – Направо! Я вижу поезд! – Показывала она пальцем, встав на ноги и вцепившись одной рукой в кожаную спинку водительского сиденья, чтобы не упасть.
Владимир крутанул руль, и теперь они ехали вдоль рельсов.
– Он трогается! – вскрикнула Сенда, увидев вырвавшуюся из паровозной трубы струю искр. – Быстрее, черт побери! Подъезжай поближе!
Владимир снова отхлебнул шампанского, вытер рукавом рот и широко ухмыльнулся. Нажав на педаль газа, он направил подпрыгивающую машину прямо на поезд сначала через одни рельсы, затем через другие. По-прежнему стоя на ногах, Сенда отчаянно цеплялась за сиденье водителя.
– Скорей! – торопила она Владимира. – Скор-р-рей!
Ярко освещенные окна трех пассажирских вагонов горели желтым светом на фоне ночи. Кровь прилила к ее голове, в ушах отдавался бешеный стук сердца.
Теперь они мчались вдоль поезда. В воздухе стоял тяжелый запах дыма, и Инга прижимала лицо Тамары к своей груди, чтобы на девочку не попали жгучие потоки оранжевых искр. Всякий раз, как ее обжигали искры, она ударяла себя по лицу и разражалась потоком немецких слов. Медленно двигающиеся багажные вагоны, составлявшие хвост поезда, как в тумане промелькнули мимо нагонявшего поезд автомобиля. Последний из ярко освещенных пассажирских вагонов, прицепленный позади тендера с углем, был уже совсем близко, его большие квадратные окна ярко горели.
Широко расставив ноги, чтобы удержать сомнительное равновесие, Сенда отчаянно закричала и замахала руками, заметив в окне аккуратно причесанный затылок княгини. Сердце ее подпрыгнуло, когда вслед за этим она увидела знакомый профиль, несомненно принадлежащий Вацлаву.
– Вацлав! – завопила она. – Останови поезд! Вацлав!
К ее крикам присоединилась Инга. Владимир без устали нажимал на рожок, будоража ночь пронзительными гудками.
Металлические колеса поезда стучали и гремели.
Затем в окне появилось лицо графа Коковцова, который обдал ее ледяной улыбкой и помахал на прощание рукой.
– Что означает весь этот шум? – со страхом спросила княгиня. Она бросила на графа полный тревоги взгляд. – Что-то случилось?
– Беспокоиться не о чем. – Сжав губы, граф быстро распустил завязки и задернул бархатные шторы. – Но советую вам не показываться. Полагаю, это банда революционеров.
– Значит, все пропало! – в ужасе вскричала княгиня.
– Нет, – качая головой, ответил граф громким голосом, стараясь заглушить доносящиеся снаружи крики и автомобильные гудки. «Только бы автомобиль не перестал сигналить, – с надеждой подумал он, – тогда не будет слышно криков».
– Но если революционеры… – начал князь.
– Всего несколько метров отделяют нас от моста через канал, – объяснил граф. – Как только мы пересечем его, они не смогут нас преследовать. Мы будем в безопасности.
Князь направился было к соседнему окну, но Коковцов быстро преградил ему путь.
– Это слишком опасно, кузен, – обеспокоенно проговорил он. – На тебе лежит слишком большая ответственность. Мы не можем позволить, чтобы с тобой что-то случилось. Они могут открыть стрельбу, ты же знаешь.
– Вацлав, сядь, пожалуйста, – умоляюще проговорила княгиня. – Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Князь колебался, и граф затаил дыхание. Затем Вацлав неохотно опустился в кресло.
– Не сбавляй скорость! – закричала Сенда. Забыв всякую осторожность, она принялась колотить кулаками по голове и плечам Владимира. – Быстрей, говорю тебе! Мы должны их нагнать!
Владимир, который никак не мог прикрыться от ее ударов, болезненно поморщился. Без предупреждения он так сильно ударил по тормозам, что их заклинило. Автомобиль развернулся, накренился и так резко остановился, что Сенда едва не перелетела через ветровое стекло, но вовремя ухватилась за него. С минуту никто не шевелился. Затем все разом глубоко вздохнули и принялись медленно ощупывать себя.
– Вот так так! Чуть-чуть не успели. – Владимир перевернул вверх дном бутылку, но она была пуста. Он нахмурился.
– Почему ты остановился? – кричала Сенда, слезы разочарования градом катились из ее глаз. – Мы были так близко, черт побери! Так близко!
