— Вот те раз, коза пропала — было две, четыре стало! — только и смог я прокомментировать ситуацию. — Навряд ли он окочурился от моего пинка, скорее это такая реакция на межвременной переход. Видимо, организм не перенес такого издевательства.
Судя по синюшному цвету лица, смерть наступила от асфиксии. Видимо задохнулся, бедняга!
— Так что же, это получается, что портал пропускает выборочно, производя отбор непосредственно в момент перехода? Выходит, если бы я, в самый первый раз, этот самый отбор не прошел, то тут бы мне и карачун настал?
С другой стороны, ничего определенного о свойствах портала я, изначально, не знал. Принципа его работы не представлял. Порядка отбора, достойных перехода лиц, не ведал.
— Да что там говорить, поперся наобум, дурачок! Понадеявшись на извечный, русский авось. Авось пронесет.
Вот меня и пронесло. А немцу то, не свезло. Неведомый страж портала, если же таковой имеется в наличии, не счел его достойным.
— Склеил ласты, бедолага. Хотя, если разобраться, туда ему и дорога!
По большому счету, мне была абсолютна безразлична судьба этого неудачника. По крайней мере, его никто в гости не приглашал. А незваный гость, как известно, хуже татарина. Хотя, если сравнить и сопоставить, то фашистские изуверы, с татарами и рядом не стояли. У тех, во всяком случае, подход к военным действиям был сугубо рациональный. То есть, война должна иметь определенную цель. По их мнению, целью войны должна являться добыча. И чем ее больше, тем лучше. Поголовное уничтожение населения не относилось к разряду рационального, потому и признавалось не целесообразным. Они могли пойти на это только в самом крайнем случае. Например, для устрашения населения и, соответственно уменьшения сопротивления. На этом фоне, планы германских фашистов, по глобальной ассимиляции народов, населяющих оккупированные территории, выглядят гораздо более впечатляющими. Поскольку прививать им европейские ценности и немецкое мировосприятие, изначально никто не собирался. Слишком уж это, по мнению нацистских теоретиков затратное и бесперспективное занятие. Гораздо проще пойти по пути наименьшего сопротивления. Исповедуя принцип: «Нет человека — нет проблем». Причем, распространяя его на целые нации и народности. Поэтому, пускай и не обижаются, если и с ними будут также обращаться. Все в строгом соответствии с заповедями древнего китайского философа Конфуция, который, на вопрос своего ученика — «Можно ли всю жизнь руководствоваться одним словом?», ответил: «Это слово — взаимность. Не делай другим того, чего не желаешь себе!»
В русском языке, этому высказыванию больше всего соответствует поговорка: «Не рой другому яму — сам в нее попадешь!» Вот пусть, теперь и не обижаются.
— Вот черт! — в сердцах, выругался я, поскольку только сейчас до меня дошел смысл юридического казуса. — Это что же получается? В моем доме (поскольку бункер уже давно, априори, считался мною своей, неотъемлемой собственностью), обретается труп неизвестного лица, со следами насильственной смерти на теле!
То есть, по нашим, российским законам, я могу быть привлечен к уголовной ответственности как минимум за укрывательство и недоносительство о совершенном преступлении, а, как максимум — за убийство!
— Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд! — меня, от такой перспективы, даже в пот бросило. — Вот сука! — адресовал я трупу свое возмущение. — Даже сдохнуть, по-человечески, и то не смог! Обязательно надо было создать проблему окружающим. И что же теперь делать?
Вариантов, при первом приближении, проглядывалось немного. Оставить его так — это, однозначно не вариант. Через некоторое время завоняет, так что не продыхнешь. Да и трупный яд — штука довольно неприятная. Вытащить на поверхность и закопать, где-нибудь в огороде? Тоже не фонтан. Соседская собака разроет и, пишите письма. Тогда уже точно не отмажешься. В лес уволочь? Те же яйца, только вид с боку. Найдут труп неизвестного гражданина, неопознанной национальности, будут землю носом рыть. А оно мне надо! Особенно, в ситуации, когда излишнего внимания, как к своему подворью, так и своей личности, привлекать нельзя. Остается последнее. Тащить его обратно в прошлое!
— Вот делать мне больше нехрен, как всяких жмуриков туда сюда таскать.
Опять же, там тоже, просто так не бросишь. Тащить далеко, замаешься. Закопать? Времени возиться нет. Единственный вариант, поднять наверх, загрузить на драндулет, да оттартать, куда подальше. Сбросить куда-нибудь, да и с концами. А еще лучше, концы в воду. Но это уж как получится.
Приняв такое решение приступил к действию. И, первым делом, пошел в дом, чтобы переодеться. Пока бегал по лесам да оврагам, взопрел как скаковая лошадь. Исподнее, хоть выжимай. А ведь уже вечереет. И хотя ночи, что здесь, что там, стоят теплые. Но ходить в мокром белье, несколько дискомфортно.
— Если честно, то, будучи, по факту рождения, глубоко сибирским жителем, жаркий климат, на дух не переношу.
