— Травоядное, — с неожиданной для самой себя нежностью сказала она и погладила его по щеке. Потом приблизила к нему свое лицо, посмотрела прямо в ярко-зеленые глаза и прошептала — лихорадочно, страстно:
— А у меня есть лютоволчица. Она совсем не светится. Зато она живая, дикая, злая, горячая, охотится… и спаривается…
Гарри словно со стороны увидел, как ее рука снимает с него очки, и себя… целующим эту непостижимую гостью из другого мира.
— Я тут в гостинице, наверху комнату сняла… — прошептала Арья, слегка задыхаясь и увлекая его за собой. Он пошел за ней как в чаду, как привязанный на веревочке, но на лестнице опомнился.
— Арья. Нет. Я не могу. А как же Джинни?!
В этот момент Арья, которая шла впереди, оступилась и упала к нему в объятья. Ловко, восхитился я.
— Поверь, она бы мне еще спасибо сказала, — прошептала Арья ему на ухо, дыша на него будоражащими запахами каких-то неведомых, диких трав. — Если бы узнала… Но она никогда не узнает. Потому, что в вашем мире это не случилось. Это случилось на перекрестке мирозданья…
Неистово целуясь, они добрались до двери ее комнаты, и тут Арья подумала:
«Извращенец, кончай подглядывать, оставь меня в покое хотя бы за этой дверью!»
Пристыженный, я поспешно набрал на клавиатуре:
Конец
