— Ты не думай ничего плохого про меня, — смущенно сказала она, — Просто…, просто я, — она залилась густым румянцем, — Ты мне понравился, — наконец прошептала она, совсем потупившись, теребя край платья, отороченного белым кружевом.
Мэйтон, ожидавший чего угодно, но только не этого, на мгновение вновь, превратился в своего двойника Морга, потому что, его выражение лица сейчас, соответствовало образу.
«Понятно, сказок начиталась, и вообразила, Морк знает что. Тут надо действовать аккуратно», соображал эльф, «Главное, не оскорбить, а объяснить доходчиво, да еще оставить ее расположение к себе. Задачка не из легких. Девочки в таком возрасте, ужас, какие обидчивые».
— Возможно, я покажусь жестким, но, сколько времени ты меня знаешь? — прищурился он.
Вита вздохнула.
— Даже дня нет, — шепнула она.
— Так откуда ты знаешь, какой я? Может вчера я холоднокровно убил десятерых и глазом не моргнул, а может, я подонок без стыда и совести у которого нет ничего человеческого?
— Нет! — страстно перебила его девушка, — Был бы подонком, не за что бы за нас не вступился! — ответила она, наконец, осмелившись поднять на него глаза, полные обожания.
Мэйтон вздохнул.
— Ошибаешься…, всякие люди бывают, и нелюди, — помолчав, он добавил, — Ну и что дальше? Я завтра уйду, ты останешься здесь. У тебя своя жизнь, у меня своя.
Вита грустно кивнула. Подтверждая его догадки.
— Я все понимаю, но может, ты вернешься когда-нибудь? Я буду тебя ждать. Тебе будет куда возвращаться, — с надеждой сказала она.
«И с чего она взяла, что ему некуда возвращаться? Мест навалом!»
— Поверь, ты ошибаешься. Ты хорошая девочка и я тронут твоим доверием, а еще больше тронут твоим расположением ко мне, но, поверь, у нас разные дороги. Сегодня они сошлись, а завтра они разойдутся. Не обнадеживай себя там, где надежды нет. Тем более, посмотри на меня и на себя. Ты — словно весенний цветок на утреннем солнце, — он решил сделать ей комплимент по-эльфийски, — А я? — Он грустно усмехнулся.
Вита рассмеялась.
— Дело не в красоте, внешность не имеет значения. Главное, что у тебя здесь, — она дотронулась маленькой ладошкой до того места на его груди, где находилось сердце.
— Сказки для детей, — усмехнулся он, убирая ее руку, — Порой внешность полностью отображает душу.
— Я не хочу спорить, все равно ты меня не переубедишь.
Помолчали. Мэйтон взлохматил мокрые волосы полотенцем и еще больше стал не похож на орка.
Он протянул обратно ее подарок.
— Мне все равно нечем одарить тебя, я буду считать себя обязанным.
Вита, насупилась.
— Ты хочешь меня обидеть? — полным слез голосом спросила она.
— Нет, что ты! Никогда бы не подумал. Хотя, постой! — воскликнул он. Обернув простыню уже на бедрах, полез в сумку и достал оттуда, что-то зажав в кулаке.
— Я тоже хочу подарить тебе кое-что, в знак нашей дружбы. Ты согласна остаться друзьями?
Вита радостно кивнула, кокетливо закусив нижнюю губу. Полными счастья глазами воззрилась на кулак Мэйтона.
Когда-то давно, он встречался с дочерью ювелира, и та по неосторожности потеряла на просторах его комнаты свое украшение. Она не хватилась его, а Мэйтон нашёл только через полкруголета, когда делал уборку. Засунув в сумку, думал, что когда-нибудь, обязательно увидит ее, и отдаст. Но встреча так и не случилась, а маленький кулон так и остался лежать в кармане его сумки. И как только в море не выпал! Вчера при просушке, он его и обнаружил, но спрятал обратно до лучших времен. Мэйтону показалось, что это будет хороший подарок для Виты. Тем более, что камешки там были голубыми, как раз к ее серым глазам.
— Вот, это тебе, — сверкнув всеми клыками, улыбнулся Мэйтон, — На память.
На широкой ладони орка блестел, переливаясь, маленький серебряный цветок с пятью драгоценными лепестками.
— Ох! — потрясенно воскликнула девушка, — Но это, наверное, дорого?
— В моих краях тоже считается оскорблением отказываться от подарка, — наиграно обиделся Мэйтон.
Вита широко открытыми глазами посмотрела на него. И чего только не было в этом взгляде. И благодарность, и нежность, и обожание.
«Ну что я за монстр?», подумал Мэйтон, «От женщин уже драгоценностями откупаюсь! Эх, кабы не эта ситуация…, девчонка-то вполне симпатичная».
— Я знаю у кого такие обычаи, — загадочно скала она.
— Ну и хорошо, значит и ничего объяснять тебе не придется, — напускно равнодушно ответил он.
— Можно, я тебя поцелую? — смущенно спросила девушка совсем расхрабрившись.
— Сюда, пожалуйста, — подставляя щеку и указывая пальцем место, серьезно ответил он.
И все бы ничего, но в этот момент на пороге возникли Кейт и Лина. Увидев друга, одетого лишь в обернутую на бедрах простынь, превратились в два изваяния.
Поцелуй не состоялся, Мэйтон тяжело вздохнул.
— Вот, оставь его одного! — назидательно обратилась Кейт к «сестре», уперев руки в бока, — Он уже и девок целует!
Вита вспыхнула и беспомощно посмотрела на новоиспеченного друга.
— Кейт, свои выводы оставь при себе, — не смущай девушку.
— Ах, мы уже и дар речи обрели! — подкатывая глаза, пропела Кейт.
Лина, присев на свою кровать только хихикнула.
