Девушки взяли по кружке и пристроившись за один из многочисленных одноногих столиков, стали с удовольствием употреблять сингиля копченого на вишневых веточках, обжаренную в сухариках султанку, а под занавес взяли по большой тарелке ухи из каранги. Потом прошлись по рядам торговцев жемчугом и ракушками, и Талли купила на память Кейт небольшую перламутровую донницу с вплавленной в серединку белой жемчужиной, на серебряной цепочке. (Ни чета, конечно, ее огромной синей, подаренной лимвиной и сберегаемой в шкатулке, но тоже приятно!)
Когда на пристани всё посмотрели, то двинулись на главную городскую площадь.
А там, праздник кипел во всю!
Со всех концов многочисленных ланов, сюда съехались купцы. Привезя с собой, кто-чем богат. Но самое главное место сегодня занимала продукция Итильских виноградников. Белое, красное, розовое, игристое! Каких только вин не было в бочках, расставленных в разных концах площади. Радовало то, что все вино сегодня разливали бесплатно. Для чего из местных погребов, было выделена не одна сотня бочонков. Урожай в прошлом году был хорошим, так что было принято решение не жадничать.
Но, и кроме него было на что глянуть.
Яблоки из Амри соседствовали с персиками из Вифина, и тканями из Норидалла. Орехи из Луни с озерными рябчиками и мехами из Норика. Жемчуг с островов, и гномьи алмазы из Пограничных гор, с плетеными корзинами из Дьерны, и свистульками из Терли.
Все это дудело, свистело, играло, завывало, пело, и размахивало флагами.
«Кукур-р-р-руззка! Гор-рячая кукур-р-руз-зка!» — вопил дурным голосом лотошник, где-то за спинами.
«П-и-и-ра-ги! Пи-и-рожена-а-а! Кренделя-я-я!» — проорала на ухо Кейт, словно возникшая из воздуха, толстощекая тётка в цветастом переднике, и с лотком на шее. Её поймала бледная мамаша с орущим мальчишкой, и вкрадчиво попросив кренделек, сунула ей денежку. Ребенок, наконец замолк и вгрызся в крендель, словно не ел полкруголета.
«Леденцы, сла-а-адкие леденцы…!» — кричал сильный мужской голос с другого конца толпы, изо всех сил, пытаясь перекричать и торговку выпечкой, и торговца кукурузой. Ребенок с кренделем на мгновение застыл округляя глаза, а потом, выронив сдобу из рук и истошно заорав, ринулся к леденцам. Крендель тут же растолкли, размесили подошвы сапог и ботинок, а измученная мамаша, побледнев еще больше, кинулась за капризным чадом.
Пока Кейт смотрела на вредного мальчугана, и думала, что если бы это был ее ребенок, она бы уж давно удавила его собственными руками, Талли испарилась. Кейт беспокойно заозиралась, но тут, кто-то тронул ее за плечо. Это была подруга, и в руках у нее оказался леденец в виде золотой рыбки.
— А тебе!? — растерянно обронила Кейт, засовывая конфету за щеку.
— Я сладкое не очень, пошли лучше посмотрим, как танцуют. И не дождавшись ответа, Талли схватив Кейт за рукав, потащила ее к помосту.
На помосте для оглашения приказов шло соревнование танцоров.
Играли скрипки, пели флейты, гремели барабаны. Две пары кружились в быстром танце.
Музыка была такой заразительной, что не притопывать и не прихлопывать ей в такт, было просто невозможно!
Наконец пары остановились, и ведущий в полосатом красно-желтом колпаке, синей рубахе, и зеленых штанах, стал спрашивать у толпы, какая из пар была лучше. Голосовали аплодисментами. У кого громче — тот и победил.
Талли и Кейт вовсю аплодировали вместе со всеми, хоть и не видели всего танца. Пока победившим вручали приз (белого кролика), Талли пихнув подругу в бок, кивнула на сцену. Испуганная Кейт, поняв, к чему та клонит, отрицательно замотала головой.
— Ну пошли! Помнишь, как тогда, в «Кристалле», мы с тобой зажигали на столе?
— То в «Кристалле», а то на площади. Тут народу ого-го! — возражала робевшая Кейт, оглядываясь по сторонам.
— А что тебе народ? Представь, что они все голые! — Кейт округлила глаза и прыснула со смеху. Но все равно упрямилась.
Пока подруги припирались, первая пара уже вышла на помост. И ведущий вовсю орал надрывая глотку ища вторую. Не выдержав, Талли опять проявила инициативу, и подхватив Кейт под руку поволокла на сцену. Уже поднимаясь по шатким ступенькам, Кейт успела кому-то сунуть свой леденец. Толпа провожала их одобрительным улюлюканьем.
— А-а-а вот и вторая наша пара! — заорал благим матом ведущий, и обернувшись на вновь прибывших всплеснул руками, чтобы зрители поддержали их аплодисментами. Но увидев рядом с Кейт вторую девушку, он оторопело заморгал и напирая на Талли зашипел, что двум девкам танцевать не полагается.
— Малый где? Надо малого!
— Я те щас дам малого! Так дам, что мало не покажется! — схватила за грудки перепуганного ведущего Талли. Но он, хоть и не ожидавший такого напора, все-таки настаивал на своем, правда, уже не так активно.
— Слушай, мужик, — перебила его Талли, — Если не хочешь подкрепиться своим колпаком, то лучше помолчи! Ведущий пожевал губами и не стал больше связываться — себе дороже, объявил вторую пару. Тем более, что эта наглая девка действительно и за парня сойдет. Издалека и вовсе не различишь.
