— Ну...— Доктор Байерс снова заколебался.— Во-первых, он прихрамывал...
— Прихрамывал! Продолжайте.
— И к тому же, очевидно подсознательно, я ожидал появления доктора Дженни, зная, что здесь в приемной находится его следующий пациент,— мы все очень беспокоились о миссис Доорн...
— А вы, мисс Оберман? — Инспектор быстро повернулся к сестре.— Вы тоже были уверены, что это доктор Дженни?
— Да... да, сэр,— покраснев, выдавила она.— По тем же причинам, что и доктор Байерс.
— Хорошо! — Инспектор прошелся взад и вперед по комнате. Дженни, не мигая, уставился в пол.— Скажите, доктор,— снова заговорил инспектор Квин,— ваш пациент видел, как доктор Дженни входил и выходил? Он был в это время в сознании?
— Думаю,— неуверенно ответил врач,— что он мог видеть входящего доктора Дженни, потому что наркоз еще не начал действовать, а его стол находился как раз напротив двери. Но когда доктор Дженни выходил отсюда, он уже был под наркозом и, конечно, не мог ничего видеть.
— А кто такой этот ваш пациент?
По губам доктора Байерса скользнула улыбка.
— Думаю, что вы хорошо его знаете, инспектор Квин. Это Майкл Кьюдейн.
— Что?! Большой Майкл Кьюдейн! — возглас инспектора прокатился по всей комнате. Детективы вздрогнули от удивления. Глаза инспектора сузились.
Он резко обернулся к одному из своих помощников.
— А вы мне говорили, Риттер, что Майкл Кьюдейн отправился в Чикаго. По-видимому, к вам поступили ложные сведения! А где Большой Майкл сейчас? — спросил он у доктора Байерса.— В какой комнате? Я хочу видеть этого прохвоста.
— Он в комнате 328, на третьем этаже, инспектор,— ответил врач.— Но свидание с ним не принесет вам никакой пользы. Его только что доставили туда из операционной «Б». Операцию делал Джонас,— ваш человек как раз позвал меня, когда Джонас кончил работу. Сейчас Кьюдейн у него в комнате, но он не придет в себя еще добрые два часа.
— Джонсон! — позвал инспектор. Низенький человек с бесцветной внешностью шагнул вперед.— Запишите где-нибудь и напомните мне потом, чтобы я допросил Большого Майкла.
— Доктор Байерс,— спокойно заговорил Эллери.— Пока вы работали в анестезионной, вы, может быть, слышали какие-нибудь голоса, доносившиеся отсюда? Или вы, мисс Оберман?
Врач и сестра посмотрели друг на друга. Потом доктор обернулся к Эллери.
— Чертовски забавно! — сказал он.—-Мы действительно слышали, как мисс Прайс крикнула доктору Джанни, что сейчас все будет готово, или что-то в это?.] роде. Я еще сказал мисс Оберман... что старик... что доктор Дженни, должно быть, сегодня не в духе, так как он даже не ответил.
— Ага! Значит, вы ни разу не слышали какой-нибудь фразы доктора Дженин в течение того времени, когда он находился в этой комнате?
— Ни одного слова,— ответил доктор Байерс. Мисс Оберман утвердительно кивнула.
— А вы не слышали, как здесь открылась и закрылась дверь и чей-то голос произнес: «Простите»?
— Вроде бы нет.
— А вы, мисс Оберман?
— Нет, сэр.
Эллери шепнул что-то на ухо отцу. Инспектор кивнул и подозвал детектива, похожего на шведа.
— Хесс!
Неуклюже шагая, тот послушно подошел.
— Сейчас же идите в операционный зал, спросите там у всех, не заглядывал ли кто-нибудь из них сюда между 10 и 10.45, и возвращайтесь назад.
Хесс удалился выполнять поручение, а инспектор отпустил доктора Байерса и сестру. Дженни проводил их мрачным взглядом. Эллери беседовал с отцом, пока дверь не открылась вновь и в комнате не появился молодой брюнет еврейского типа, одетый, как и все, в больничную униформу. Вместе с ним вошел и Хесс.
— Это доктор Голд,— кратко сообщил он,— Он заглядывал сюда.
— Да,— подтвердил молодой врач.— Я заглядывал вон в ту дверь,—он указал на дверь, ведущую в западный коридор,— по-моему, около 10.35, так как разыскивал доктора Даннинга, чтобы проконсультироваться с ним относительно диагноза. Конечно, открыв дверь, я увидел, что его здесь нет. Поэтому не стал заходить, а просто извинился и ушел.
Эллери подался вперед.
— Доктор Голд, вы широко открыли дверь?
— О, не больше чем на фут, только чтобы пролезла голова. А что?
— Нет, ничего,— улыбнулся Эллери,—Кого вы здесь увидели?
— Какого-то врача — не знаю, кто это был.
— А как же вы узнали, что это не Даннинг?
— Ну, доктор Даннинг высокий в худой, а этот был низенький и коренастый, да и посадка плеч другая... Одним словом, это был не доктор Даннинг.
Эллери машинально теребил пенсне.
— А в какой позе стоял этот врач? Скажите, что вы увидели, когда открыли дверь?
— Он стоял спиной ко мне, слегка склонившись над столом на колесиках, закрывая своим телом то, что было на столе.
— А его руки?
— Я не мог их видеть.
— Он был единственным человеком в комнате?
— Больше я никого не видел. Конечно, на столе, должно быть, лежал больной, но других я не заметил.
— Вы сказали: «О, простите!» — не так ли? — мягко вмешался инспектор.
— Да, сэр.
— А что 01 нет и л тот человек?
— Ничего. Даже головы не повернул, хотя я видел, как дрогнули его плечи, когда я заговорил. Словом, я закрыл дверь и ушел. Все это заняло не более десяти секунд.
Эллери, подойдя к доктору Голду, положил руку ему на плечо.
