– По-видимому, на сегодня все, джентльмены, – сказал он. – Все, что мы можем сделать, это надеяться на лучшее и ждать, что принесет нам завтрашний день… Я с удовлетворением отметил в докладах то, что инспектор Квин ведет это расследование, прилагая все свои, судя по всему немалые, способности. Поэтому в своем заявлении я постараюсь подбодрить детективов и успокоить губернатора. – Он обернулся к главе нью-йоркской полиции. – Это соответствует вашему желанию, комиссар?
Комиссар, вытерев шею большим носовым платком, кивнул с видом полнейшей покорности и неуклюже выбрался из комнаты. Когда мэр нажал кнопку на письменном столе, окружной прокурор и его свита последовали за комиссаром, храня угрюмое молчание.
Насморк инспектора Квина благодаря самоотверженным заботам Эллери во вторник вечером уже почти совсем исчез, но его нервы были в таком плачевном состоянии, что пришлось принять насильственные меры, дабы с помощью различных предлогов и угроз отправить старика в постель.
Эллери с помощью сержанта Вели и Джуны наконец удалось убедить отца раздеться и попытаться обрести покой на подушках. Но покой не приходил, и вскоре инспектор потребовал открыть дверь между спальней и гостиной, чтобы он мог слышать все, что обсуждает собравшаяся компания: Эллери, окружной прокурор Сэмпсон, сержант Вели и Пит Харпер.
К их удивлению, пять минут спустя отважный старый воин вошел в гостиную, облаченный в пижаму, халат и шлепанцы, занял свое любимое место у камина и, решительно отказавшись выслушивать просьбы удалиться, погрузился в величественное молчание.
– Это совершенно бесполезно, друзья, – улыбнулся Эллери. – Вспомните Гомера. «Негоже для того, кто властью облечен, спать до утра всю ночь…» Судя по всему, папа, у тебя в голове созрели какие-то новые ценные мысли. Итак, в чем их суть?
Старик сердито сдвинул брови, хотя в его глазах блеснули веселые огоньки.
– Ты ведь всегда знаешь, верно? – проворчал он и внезапно улыбнулся. – Считай, что я просто почувствовал себя лучше… Джуна, убери пустой кофейник!
Осклабившись, Джуна юркнул в маленькую кухню, откуда вскоре донесся аромат крепкого кофе.
– О Суансоне нет никаких новостей, а, Томас?
Гигант беспокойно зашевелился, отчего стул под ним жалобно заскрипел.
– Ни черта! Знаете, шеф, это просто невозможно. Мы прочесали все пригороды, проверили все поезда, допросили каждого кондуктора… Где же может быть этот треклятый Суансон?
– А вы пробовали нащупать его следы, выяснить его возможные передвижения после выхода из госпиталя вчера утром? – спросил Сэмпсон.
– Все уже сделано, Генри, – мрачно ответил инспектор. – В конце концов, разыскать человека, внешне ничем не выделяющегося, в многомиллионном городе – не детская игра. Я надеюсь, что мы все-таки достигнем успеха в пригороде. Это очень упростит дело.
– Скажите, – вмешался Харпер, – а вам никогда не приходило в голову, что этот Суансон – просто выдумка?
Эллери поднял голову и улыбнулся.
– Вы недоверчивы, как все газетчики, – сказал он. – Да, Меркурий, приходило. Мой славный старикан может вам кое-что поведать на этот счет… Не так ли, папа?
– Не слишком много, – устало произнес инспектор. – Сегодня утром Эллери выдвинул такое предположение, хотя я чувствовал, что он сам в него не верит…
Эллери покачал головой.
– Я этого не говорил…
– Ну, я же все-таки не так уж плохо тебя воспитал, – буркнул старик. – Как бы то ни было, мы опять взялись за Айзека Кобба, швейцара, и потрясли его снова. Проверили все его прошлое, службы, личные дела… Все в полном порядке. Но так как он единственный человек в госпитале, кроме Дженни, который заявляет, что видел Суансона, то необходимо было убедиться… Нет, – печально продолжал он. – У нас нет ни малейшей причины сомневаться в показаниях Кобба. Этот человек безгрешен, как мертвец. Следовательно, Суансон существует.
Вели кашлянул.
– Простите, что я вмешиваюсь, но я с самого начала участвую в этом деле и чувствую, что Суансон появится в тот момент, когда мы меньше всего его ожидаем.
Инспектор вытянул шею и с нескрываемым удивлением уставился на своего подчиненного. Наконец на его усталом лице появилась улыбка.
– Черт возьми! – воскликнул он. – Это подало мне неплохую идею, Томас! Дайте мне немного подумать…
Все молча ждали. Джуна, открыв ногой дверь кухни, торжественно вошел в комнату, неся большой поднос, на котором стояли горячий кофейник с ситечком, несколько чашек и блюдец, кувшинчик со сливками и сахарница. Поставив поднос на стол, он снова убежал на кухню и появился опять, держа в руках большую деревянную тарелку с кексами. Покуда Джуна разливал кофе, все молча придвинули стулья к столу, в то время как инспектор продолжал сидеть, закутавшись в халат и уставившись на прыгающие языки пламени.
Эллери с любопытством наблюдал за ним.
Внезапно старик хлопнул по подлокотникам кресла и вскочил на ноги.
– Вот что я сделаю! – воскликнул он. – Это должно сработать! И, усевшись к столу, он начал жадно пить кофе.
Сэмпсон казался обеспокоенным.
