Бросив на вошедшую беглый взгляд, Эллери увидел через открытую дверь группу молодых врачей, стоящих вокруг операционного стола, .на котором все еще лежало мертвое тело Эбигейл Доорн, покрытое простыней..
Махнув рукой отцу, он вышел в операционный зал.
Царившая там обстановка производила впечатление полнейшей дезорганизации. Сестры и врачи ходили взад-вперед и весело болтали, не обращая ни малейшего внимания на полисменов и детективов в штатском, мирно наблюдавших за происходящим. И все же во всем этом ощущалось скрытое напряжение. Время от времени в разговорах слышались нотки интереса, после чего обычно следовало тягостное молчание.
Кроме людей, окружавших операционный стол, никто не смотрел на лежащий на нем труп.
Эллери шагнул к столу. В наступившей вслед за его появлением тишине он сделал несколько кратких замечаний, в ответ на которые молодые врачи утвердительно кивнули, и вернулся в приемную, бесшумно закрыв за собой дверь.
Сара Фуллер угрюмо стояла в центре комнаты, судорожно сцепив худые, испещренные голубоватыми венами руки. Плотно сжав губы, она смотрела на инспектора.
– Мисс Фуллер! – резко произнес Эллери, подойдя к отцу.
Взгляд ее потухших голубых глаз устремился на лицо Эллери. В уголках рта мелькнула горькая усмешка.
– Еще один, – промолвила она. Окружной прокурор выругался сквозь зубы. В этой женщине чувствовалось нечто роковое. Ее голос был так же суров и холоден, как и ее лицо. – Что вы все хотите от меня?
– Садитесь, пожалуйста, – с раздражением произнес инспектор и придвинул к ней стул. Засопев, она села, прямая, как палка.
– Мисс Фуллер, – продолжал инспектор, – вы прожили с миссис Доорн 25 лет, не так ли?
– В мае будет 21.
– И вы с ней не ладили, правда?
Эллери с удивлением заметил, что у женщины было большое адамово яблоко, вслед за вибрацией речи прыгающее взад и вперед.
– Нет, – холодно ответила Сара Фуллер,
– Почему?
– Она была скрягой и к тому же безбожницей и тираном. От такого нечестивого создания грешно принимать милости. Для всего мира она была средоточием всех добродетелей, а для тех, кто от нее зависел, дыханием зла.
Эта колоритная речь была произнесена невыразительным будничным тоном. Инспектор Квин и Эллери обменялись взглядами, Вели что-то буркнул, а детективы многозначительно кивнули. Инспектор махнул рукой и сел, предоставив инициативу Эллери.
– Мадам, вы верите в Бога? – улыбнувшись, спросил Эллери.
Она перевела взгляд на него.
– Господь – мой пастырь.
– Тем не менее, – продолжал Эллери, – мы бы предпочли менее апокалипсические ответы,_.Вы всегда говорите правду, как перед Богом?
– Это мой долг.
– Звучит весьма возвышенно. Итак, мисс Фуллер, кто убил миссис Доорн?
– А вы еще этого не узнали?
Глаза Эллери блеснули.
– Сейчас я спрашиваю, знаете ли это вы?
– Не знаю.
– Благодарю вас. – Этот диалог его явно забавлял. – Скажите, вы часто ссорились с Эбигейл Доорн?
– Да, – ответила женщина в черном, даже не моргнув глазом.
– Почему?
– Я уже говорила вам. Она была очень зла.
– Но, насколько мы поняли, миссис Доорн была очень хорошим человеком. А вы пытаетесь сделать из нее Горгону. Вы сказали, что она была скупа и деспотична. В чем это проявлялось? В отношениях с домочадцами? В незначительных или важных вопросах? Пожалуйста, объяснитесь точнее.
– Я уже сказала – мы не ладили.
– Отвечайте на вопрос.
Пальцы Сары Фуллер тесно переплелись.
– Мы глубоко ненавидели друг друга.
– Ха! – Инспектор вскочил с кресла. – Наконец-то вы заговорили на языке XX столетия. Значит, вы не выносили друг друга? Цапались, как кошки? Ну, тогда, – и он обвиняющим жестом указал на нее пальцем, – почему же вы жили вместе 21 год?
– Ради милосердия можно вынести все… – Ее голос несколько оживился. – Я была нищей, она – одинокой королевой. Мы привыкли друг к другу, и это связало нас узами столь же сильными, как узы крови.
Эллери разглядывал ее, удивленно подняв брови. На лице инспектора появилось озадаченное выражение. Он пожал плечами и красноречиво посмотрел на окружного прокурора. Вели тайком покрутил пальцем у виска,
В наступившем молчании внезапно медленно открылась дверь и несколько молодых врачей вкатили в комнату операционный стол с телом Эбигейл Доорн. Предупреждающе улыбнувшись в ответ на сердитый взгляд инспектора, Эллери отошел в сторону, наблюдая за вы» ражением лица Сары Фуллер.
В женщине произошла странная перемена. Она встала, прижав руки к худой узкой груди. На ее щеках внезапно вспыхнули два алых пятна. Без страха, почти с любопытством она смотрела на мертвое лицо своей хозяйки, которое посинело и распухло.
– Простите, – сказал один из врачей. – Цианоз лица всегда выглядит безобразно. Но вы сказали, чтобы я снял простыню…
– Хорошо!.. – Эллери резко махнул ему рукой, не отрывая взгляда от Сары Фуллер.
Она медленно приблизилась к столу, глядя на неподвижные черты миссис Доорн. Посмотрев на ее лицо, она закричала, охваченная каким-то жутким торжеством:
– Грешную душу настигла смерть! Она явилась к ней, когда та была в зените своего могущества! – Ее голос перешел в визг. – Я предупреждала тебя, Эбигейл! Это возмездие за твои грехи!..
