– Будет сделано. Охрана, бегство убийцы, имена и адреса, личные дела… – перечислил Вели, делая пометки в записной книжке. – Кстати, инспектор, Большой Майкл до сих пор под наркозом и не сможет говорить еще несколько часов. Несколько ребят дежурят наверху.
– Отлично! За работу, Томас. – Инспектор подбежал к двери, ведущей в зал, отдал краткие распоряжения полисменам и детективам и сразу же вернулся.
– Все сделано, Генри. – Он потянулся к своему пальто.
– Отпустил их? – Окружной прокурор вздохнул и нахлобучил шляпу на уши. Харпер и Кронин двинулись к двери.
– Да. Мы сделали все, что могли сделать в данный момент. Эллери, проснись!
Голос отца проник в туманную мглу мыслей Эллери, В течение активной деятельности предшествовавших нескольких минут он ни разу не отрывался от размышлений. Теперь он поднял голову и посмотрел на инспектора, Сэмпсона, Кронина и Харпера, собиравшихся уходить.
– О!.. Что, уже все кончили? – Эллери сладко потянулся. Морщины исчезли с его лба.
– Да, пошли, Эллери. Мы собираемся провести расследование в доме Доорнов, – ответил старик. – Не ленись, сынок, у нас еще полно дел.
– Где мое пальто? А, мои вещи в кабинете доктора Минчена… Пошлите туда кого-нибудь. – Он выпрямился. Полицейский бросился выполнять поручение.
Эллери не произнес ни слова, пока не надел тяжелое черное пальто. Сунув под руку трость, он задумчиво мял поля шляпы своими длинными пальцами.
– Знаете, – пробормотал он, когда они вышли из приемной и увидели полисмена, дежурившего у двери, – Эбигейл Доорн, должно быть, превзошла императора Адриана. Помните, что он велел высечь на своей гробнице? – Выйдя из анестезионной, они заметили у двери еще одного полицейского. – «Множество лекарей погубили меня…»
Инспектор застыл как вкопанный.
– Эллери! Неужели ты имеешь в виду…
Трость Эллери, описав дугу, ударилась о каменный пол.
– О, это не обвинение, – мягко сказал он. – Это эпитафия,
– Фил…
– Прости, Гульда. Когда я час назад приехал из госпиталя, Бристол сказал, что ты отдыхаешь, а я знал, что с тобой Эдит Даннинг и Гендрик… Я не хотел тебя беспокоить. К тому же мне нужно было идти – срочные, дела в конторе… Но теперь я здесь, Гульда, и…
– Я так устала.
– Я знаю, дорогая, знаю, Гульда… Не знаю, как мне сказать тебе это… Гульда, я…
– Фил, пожалуйста…
– Любимая, ты знаешь мои чувства к тебе. Но свет, газеты… Ты же понимаешь, что они будут о тебе говорить, если мы…
– Фил! Ты думаешь, что это имеет для меня какое-нибудь значение?
– Они скажут, что я женился на миллионах Эбби Доорн!
– Я не хочу сейчас говорить о свадьбе. О, как ты мог даже подумать…
– Гульда! Гульда, дорогая… О, какая же я скотина, что заставил тебя плакать…
Полицейская машина подкатила к тротуару и остановилась перед массивными железными воротами. Особняк и участок Доорнов занимали всю сторону Пятой авеню. Высокая каменная стена, выщербленная ветром и поросшая мхом, окружала дом и сад. Если не прислушиваться к шуму автомобилей на окружающих улицах, то можно было представить себя находящимся в старом мире дворцов и парков, мраморных статуй, каменных скамеек и извилистых аллей.
На другой стороне улицы находился Сентрал-парк. Выше по Пятой авеню виднелись купол и стены Метрополитен-музея. Сквозь редкие ветви деревьев в кристально чистом воздухе можно было разглядеть миниатюрные, словно игрушечные, домики и башенки Сентрал-парка.
Инспектор Крин, окружной прокурор Сэмпсон и Эллери Квин, оставив в машине трех покуривающих детективов, пройдя сквозь ворота, не спеша зашагали по каменной дорожке, ведущей к портику, поддерживаемому мраморными колоннами.
Дверь открыл долговязый старик в ливрее. Отодвинув его в сторону, инспектор Квин очутился в просторной комнате со сводчатым потолком,
– Мне нужно повидать мистера Доорна, – сердито потребовал он. – И не задавайте лишних вопросов.
Дворецкий, уже открывший рот, чтобы протестовать, заколебался.
– Но о ком я должен доложить?
– Инспектор Квин, мистер Квин, окружной прокурор Сэмпсон.
– Да, сэр! Прошу вас сюда, джентльмены. – Они прошли через несколько богато меблированных, украшенных гобеленами комнат. У массивной двойной двери дворецкий остановился.
– Соблаговолите подождать здесь вместе с другим джентльменом. – Поклонившись, он удалился в обратном направлении.
– С каким еще другим джентльменом? – пробормотал инспектор.
– А, это вы, Харпер!
Пит Харпер, удобно устроившийся в кресле в углу большой темной комнаты, весело улыбнулся им.
– Послушайте, – заговорил инспектор, – из ваших слов я понял, что вы отправляетесь к себе в редакцию, а вы вместо этого опять путаетесь у нас под ногами.
– Превратности судьбы, инспектор, – бодро ответил старый репортер. – Я пытался повидать этого повесу Гендрика, но у меня ничего не вышло, а поэтому я жду вас. Садитесь, ребята.
