Ада Адамовна ошеломленно смотрит на закрывшуюся дверь.
Т а м а р а (сняв трубку). Дежурненькая? Дежурненькая, нужно немедленно озвучить Одессу! Слышишь меня? Немедленно! (Положив трубку, замечает, что Ада Адамовна почти в обморочном состоянии.) Что с вами?
А д а А д а м о в н а (хватаясь за сердце). Это она… Сабина!
Т а м а р а (удивленно). Сабина? Я ее не узнала без грима и всего этого…
А д а А д а м о в н а (закатывая глаза). Ох… неужели конец?
Т а м а р а. Это только начало! Успокойтесь! Здесь у нас аптечка — специально для нервных клиентов. (Помогает Аде Адамовне подняться.) Пойдемте! (Уводит ее в соседнюю комнату.)
Из двери студии снова выглядывает С а б и н а.
С а б и н а. Теперь наоборот: голос есть, а изображение исчезло! (Обведя взглядом опустевшее помещение.) И она исчезла!
Вбегает запыхавшийся Р о с т и к.
Р о с т и к (Сабине). Ты? Ну… я счастлив!
С а б и н а (холодно). Очень за тебя рада! (Хочет уйти.)
Р о с т и к (умоляющим тоном). Ты должна меня выслушать!
С а б и н а. Вчера я внимательно выслушала твою маму. С меня достаточно. Прощай!
Поспешно входит Т а м а р а.
Т а м а р а (Сабине). Опять что-нибудь не так? Сейчас отрегулируем!
С а б и н а. Спасибо! (Уходит, закрывая за собой дверь студии.)
Р о с т и к (бросается к двери). Сабина!
Т а м а р а. Туда нельзя!
Р о с т и к (узнав Тамару). Вы? Здесь? Как вы смеете меня преследовать?
Т а м а р а. Минуточку! (В телефонную трубку.) Дежурненькая? Что там с Одессой? Я ж тебе объяснила: неудобно! Забери другой канал! Очень прошу! Очень! (Кладет трубку.)
С трудом передвигая ноги, входит А д а А д а м о в н а.
А д а А д а м о в н а (заметив Ростика, опять хватается за сердце). Ох!
Р о с т и к. И ты здесь? Засаду устроили?
А д а А д а м о в н а. Сыночек, ради бога! Я сделаю все, что ты хочешь, только вернись домой!
Р о с т и к. Ни за что! С тобой у нас психологическая несовместимость! (Тамаре.) А вы? Как вам не стыдно?
Т а м а р а. А чего мне стыдиться? Я деловой человек!
Р о с т и к. Опутали меня такой паутиной! Довольно! Вы меня больше не увидите! (Убегает.)
А д а А д а м о в н а. Ростик! (Бежит к выходу.) Остановись! (Плетется за ним.) Я не против! Я — за! (Останавливается у выхода, переводит дыхание.) Я на все согласна!
Из студии выходят С а б и н а и Л и л я н а.
Л и л я н а (с досадой). Только начали говорить о главном, и вдруг — ничего!
С а б и н а. На экране, вместо нашего отца, — Чарли Чаплин!
Т а м а р а. Ваш канал забрали для телевидения. Вы поздно пришли. По расписанию это их время. Извините!
Л и л я н а (Сабине). Я говорила: все может случиться! Хорошо, что мы заказали билеты на самолет!
Т а м а р а. Еще раз извините!
А д а А д а м о в н а (Лиляне). Простите, мадам… вы, кажется, дочь Сабины? То есть она ваша мама? Господи, что я говорю! Вы ее мама?
Л и л я н а (сдержанно). Да.
А д а А д а м о в н а. Очень приятно! Нам необходимо встретиться и поговорить обо всем.
С а б и н а. К сожалению, у нас очень мало времени: в пятнадцать нужно быть в Бориспольском аэропорту.
Л и л я н а. Да, да, мы очень спешим! (Направляется к выходу.)
Ада Адамовна бросает на Тамару отчаянный взгляд, ища поддержки. Тамара утвердительно кивает, поощряя Аду Адамовну к новой атаке.
А д а А д а м о в н а (забегает вперед, преграждая путь Лиляне и Сабине). У меня отдельная квартира в центре Киева со всеми удобствами, третий этаж… я согласна всю жизнь на кухне обшивать свою невестку, чтоб она у меня ходила как куколка! И совершенно бесплатно!
Л и л я н а. Ничего не понимаю!
А д а А д а м о в н а (горячо, как молитву). Вы должны меня понять! У вас — дочь, у меня — сын. Ростик влюблен до безумия…
С а б и н а. Вы нас хотите пригласить на его свадьбу?
А д а А д а м о в н а. Какая свадьба? Никакой свадьбы! То есть да! Свадьба, но ваша… и его!
С а б и н а. Вы говорили, у него есть невеста!
А д а А д а м о в н а. Говорила, говорила! Лучше б я себе откусила язык!
Л и л я н а. Какая-то фантасмагория!
