Несмотря на то, что весь день он провел как в тумане, к ночи, когда стало темнеть, уже вполне спокойно заснул. В хижине стоял напольный подсвечник на две свечи. Когда Го Хэн проснулся ночью от прохлады — горели свечи. А еще на кровати с краю сидел Чжу Баи. И это было настолько невероятно, что Го Хэну сначала показалось, что он либо не проснулся, либо проснулся не до конца. Он с самого момента возвращения Чжу Баи не видел его таким расслабленным так близко к себе. Чжу Баи ел что-то белое, плотное, с серой начинкой, глядя на огонь свечей. Заметив, что Го Хэн проснулся, поправил волосы и с подола ханьфу поднял еще один такой же кругляш, протянул ему.
— Учитель отдал нам остатки с кухни, — произнес Чжу Баи. У Го Хэна упало сердце. Стараясь скрыть свой ужас, он спросил:
— Ты вернулся?
Пока не зная, к кому из Чжу Баи обращается. Но неужели его ушел? Словно не заметив этой паники, Чжу Баи отрицательно покачал головой, глядя на огонь, и приложив пирог к губам, но не ел, а жевал как-то задумчиво. Го Хэну полегчало, но он все равно спросил:
— Почему тогда назвал его учителем?
— Он попросил так называть. Я даже имени не узнал… Добрый человек. Тут все такие?
— Мир такой. Тут даже я добрый.
— Это который днем приходил? Мне так не показалось, — возразил Чжу Баи. Он вздохнул и отложил булочку на подол. Го Хэн обнаружил, что уже сидит с хлебом в руках, хотя не помнил, когда его взял. Еда была едва-едва теплой. Так спокойно и хорошо…
— Он правда хороший. Присмотрелся бы к нему. Таким я был бы, если бы не приходилось постоянно выживать и с кем-то драться за свое.
— Хватит его рекламировать.
Чжу Баи сказал это беззлобно. Он и раньше говорил ровно, но сейчас словно что-то неуловимо изменилось. Го Хэну показалось, что собеседник пошутил. Следом понял и другое:
— Вы не встретились сегодня?
Чжу Баи некоторое время молчал — делал вид, что занят медленным пережевыванием еды. Это была паровая булка, Го Хэн такие и раньше тут ел, да и в его мире они были, только более вкусные. Наверное, Чжу Баи не ожидал, что у них тут соли нет.
— А другой я какой? — спросил Чжу Баи, все-таки проигнорировав вопрос. Го Хэн задумался, глядя на его послушно лежавшие по спине волосы, на топорщившиеся плечи под ханьфу, ответил:
— Да такой же. Когда его после твоей смерти увидел — захватило дух. Словно ты воскрес. Я знал, что и его полюблю так же. Но постараюсь без прошлых ошибок. Да и он тоже…
Доходило не сразу. Просто увидел, как у Чжу Баи покраснели щеки. Он ведь забыл… он говорил о любви другому. Он никогда не обсуждал этого с этим Чжу Баи. Тот, возможно, даже не знал… Го Хэн забыл, о чем говорил. Вместо этого закончил словами:
— Понял, что из любых миров любого тебя готов любить, потому что ты везде ты. Даже если где-то есть мир, где ты в кожанке с колючками, с ирокезом, с шипованной битой — это все равно ты. И все, кого ты там убьешь, это наверняка заслуживали.
Чжу Баи отложил снова булочку, но смотрел только на огонь. Щеки, уши и кончик носа были красными, но он словно не чувствовал этого. Тогда Го Хэн принялся есть, чтобы скрыть смущение.
— Ты занял мое место, — пожаловался Чжу Баи, не поворачиваясь.
— Ты не собирался возвращаться. Кстати, почему вернулся?..
Чжу Баи снова молчал, а ведь именно на этот вопрос очень хотелось услышать ответ. Не нашел себя в этом чуждом мире и вернулся к единственному знакомому тут? Или готов был послушать? Го Хэн как всегда решил все не в свою пользу, и стал подниматься, сообщив:
— Я не знал, что ты вернешься. Решил поспать тут, не хотел уходить. Там на меня все волками смотрят — я вместо их Чжу Баи вытащил своего. Я посплю опять снаружи.
Поднялся и понял, что за что-то зацепился рукавом. Повернулся, чтобы отцепить, и увидел, что это рука Чжу Баи. Даже не просто зацепился — пальцы вцепились в ткань, Чжу Баи не позволял ему уйти. Го Хэн с такого окончательно выпал. Он сел обратно, на всякий случай подальше. Хотел спросить, может ли сесть ближе, но не хватало воздуха хоть что-то произнести. Чжу Баи хотел, чтобы он остался. Внешне он не изменился никак, продолжал безразлично жевать булочку. Го Хэн наконец смог выдавить:
— Что такое?
— Мне неловко, что ты спишь на улице на дровах.
— Кровать всего одна, — Го Хэн попытался, чтобы это прозвучало деловито и спокойно, но Чжу Баи не глядя остудил его:
— Есть пол. Это теплее, чем дрова.
— Сможешь спать рядом со мной? — переспросил Го Хэн. Чжу Баи все еще держал его рукав, отозвался снова ровно:
— Раньше же спал.
