— Я сказал тебе оставаться на вечеринке, — пробормотал Майкл.
— Прости, что? — парировала Лия. — Что ты сказал?
— Я написал тебе сообщение, когда ушел. Ты должна была оставаться на вечеринке! —
Майкл ударил ладонью по рулю, и я подпрыгнула. — Но нет, ты ушла даже не с одним, а с двумя
незнакомыми…
— Свидетелями? — закончила за него Лия. — Поверь, я могла бы справиться с ними. С
Дереками и Кларками я могла бы разобраться даже во сне.
Я услышала в этих словах куда больше, чем услышала бы в них несколько недель назад.
Лия была уверенна, что справится с Дереками и Кларками, вероятно потому, что ей приходилось
справляться и с куда, куда худшими людьми.
— А теперь, Майкл, милый, — продолжила Лия, — сосредоточься. Аспирант Кэсси. Что
ты думаешь о нём?
Майкл заскрипел зубами, но ответил:
— Он не слишком обрадовался, когда появился я. А ещё меньше ему нравилось видеть
меня с Брайс. Когда он увидел её, на его лице мелькнула вина, а затем собственничество,
снисхождение и удовольствие.
Я мысленно поблагодарила небеса за то, что Майкл был сосредоточен на реакции Джеффри
на них с Брайс, а не на моей.
— Джеффри считает себя выше всех, — я заставила себя сосредоточиться. — Ему
нравится быть главным в классе, — я сделала паузу, стараясь разобраться в моих впечатлениях о
Джеффри. — Он выбрал меня, потому что я выгляжу молодо. Он ждал, что я буду жадно ловить
каждое слово его лекции, буду немного побаиваться его, но увлекусь тем, чему он может научить
меня.
— Лидер в поисках последователей? — сказала Лия. — Тогда кто же профессор?
— Если бы у меня спросили, — сказала я ей, задумчиво барабаня пальцами по сидению. —
Я бы сказала, что профессор Фогл — человек притягательный. Джеффри читал слайды с его
лекций. Профессор — актер. И если Дерек не врал об их отношениях с Эмерсон…
— Он говорил правду, — подтвердила Лия.
— …доброму профессору нравятся девочки-подростки, — я обдумала эту мысль. —
Поэтому он и стал учителем. Всё это — в названии курса. Люди важнее жизни. Они — легенды.
Они — крушение поезда, от которого нам не оторвать взгляда, нечто запретное, опасное.
Майкл выслушал моё мнение.
— Мне нужно увидеть человека, чтобы сказать о нем что-нибудь, — сказал он.
Ещё одно различие между нашими способностями. Майкл читал людей. Я же читала
личности и поведение — и для этого я не всегда нуждалась в их присутствии.
— Но я могу сказать, что аспирант Джефф слишком уж наслаждался разговорами о
почерке убийцы, — продолжил Майкл. — Он хотел увидеть ужас на лице Кэсси, а когда с этим
ничего не вышло, перевел тему на Эмерсон.
— И что же он сказал об Эмерсон? — спросила Лия.
— Никакой вины, — рассказал Майкл. — Никакой печали. Крошечный проблеск страха.
Удовлетворение. И верность.
— Верность? — переспросила я. — Кому?
— Жутко не хочется признавать это, — со вздохом сказала Лия, — но Дерек может
оказаться прав. Может убийца — профессор. За всё то время, что я провела с Божиим Даром
Планете и Краснеющим Чудом, я заметила только одну интересную ложь.
— Дерек? — предположила я.
— Кларк, — в голосе Майкла не было вопроса. — Когда он говорил об Эмерсон.
— Очко в копилку читателя эмоций, — Лия растягивала слова. Их способности
переплетались намного больше, чем любая из них переплеталась с моей. — Когда Кларк сказал,
что Эмерсон «не такая», он лгал, — Лия накрутила хвостик на указательный палец. — Кажется,
Кларк знал, что она занималась горизонтальным мамбо с жутким профессором.
Я обернулась к Майклу.
— Что ты увидел?
— В Кларке? — Майкл свернул с шоссе. Скоро мы будем дома. — Я увидел желание. И
страх быть отверженным, — он взглянул на меня. — Ярость.
Не просто злость, но ярость. Может он сердился на Дерека, за жестокие слова о
небезразличной ему девушке? Или на нас, за расспросы? А может на профессора? На Эмерсон?
— Итак, что мы будем делать теперь? — спросила я. — Если нас, конечно, не поймают, как
только мы попадем домой.
— Мы должны разузнать, знают ли в ФБР об отношениях Эмерсон с профессором, — Лия
перебросила волосы через плечо. — Если нет, то мы должны придумать, как рассказать им об
этом.
— Что насчет Дина? — спросила я.
— Мы не расскажем Дину, — голос Лии был тихим, но её слова прорезали воздух, словно
хлыст. — Ему нужно, чтобы дело раскрыли. Ему не нужно знать о том, что мы сделаем, чтобы это
произошло.
Дин не понял бы, почему мы пошли на всё это ради него, потому что, в глубине души, он
верил, что не достоин спасения. Он закрыл бы любого из нас собой от пули, но не хотел, чтобы мы
рисковали чем-либо ради него.
Большинство людей возводят стены, чтобы защититься. Дин же делал это, чтобы защитить
всех остальных.
В кои-то веки мы с Лией достигли согласия:
— Мы не расскажем Дину.
Глава 18
«Нездоровое поведение, криминальные умы: вступление в криминальную психологию,
восьмое издание».
Лишь наполовину проснувшись, я перевела сонный взгляд с учебника, лежащего на
