Вступление полностью

Вы не вместе, — подумала я. — Он использует вас. Хоть я пока и не уверенна, зачем.

— Мы видимся вот уже три года, — ответила Трина. Кажется, она была только рада

рассказать об этом — именно поэтому я и выбрала такой вопрос.

Окажись мы не против их отношений, маленькая счастливая картина, выдуманная Триной,

станет только чудеснее. Дин заглянул в гости. И это не допрос. Это просто разговор.

— Думаете, новое дело как-то повлияет на его апелляцию? — спросила я.

Трина нахмурилась:

— Новое дело? — переспросила она.

Я не ответила. Трина перевела взгляд с меня на Дина.

— О чём она говорит, Дин? — спросила она. — Ты ведь знаешь, какое важное время

настало для положения твоего отца.

Его положение заключалось в том, что он был осужден за серийные убийства, —

подумала я. — Судя по тому, что я узнала от Бриггса и Стерлинг — и от самого Дина — эта

апелляция была такой же выдумкой, как и вера Трины в то, что после возвращения Рэддинга

старшего, они с Дином поселятся здесь.

— Именно поэтому я здесь, — произнес Дин, искоса взглянув на меня. — Та девушка, что

умерла в Колониальном Университете? А потом профессор, писавший книгу?

— Агенты ФБР пытались поговорить со мной об этом, — фыркнула Трина. — Они знают,

что я поддерживаю твоего отца. Они считают, что смогут настроить меня против него.

— Но они не могут, — ласково произнесла я. — Потому что между вами есть что-то

настоящее, — я чувствовала вину, поддакивая бредовым иллюзиям этой женщины. Я заставила

себя вспомнить о том, что она знала, кем был Дэниел Рэддинг: убийцей. Ей просто было плевать.

— Это дело никак не относится к Дэниелу. Никак. ФБР было бы не против повесить на

него что-то ещё, — усмехнулась Трина. — Дэниел бы никогда не сделал ничего так поспешно, так

грязно. Одна мысль о том, что там есть кто-то ещё… — Трина покачала головой. — Заявляет свои

права, зарабатывает на репутации Дэниела. Преступление, вот это что.

Убийство — это преступление, — подумала я, но вслух не сказала. Мы узнали всё, что

хотели. Трина Симмс была никак не связанна с продолжением дела Дэниела Рэддинга — для неё

подражатель был плагиатором, подделкой. Она была женщиной, помешанной на чистоте и

контроле. Наш Н.О. не подходил ни под одно описание из вышеперечисленных.

Наш Н.О. был мужчиной лет двадцати, которого угнетали другие люди.

— Нам пора, — сказал Дин.

Трина запротестовала, но нам всё же удалось добраться до двери.

— Если вы не против такого вопроса, — произнесла я, в то время как мы уходили, —

какую машину водит Кристофер?

— Он водит грузовик, — если этот вопрос и показался Трине странным, она не подала

виду.

— И какого цвета его машина? — спросила я.

— Сложно сказать, — ответила Трина, говоря тоном, которым она обращалась к

Кристоферу. — Он никогда не моет её. Но в последний раз, когда я проверяла, она была черной.

Я вздрогнула, вспомнив о портрете, обрисованном агентом Стерлинг, и вспомнила хватку

Кристофера на моей руке.

— Спасибо, что приняли нас, — удалось выговорить мне.

Трина протянула руку и коснулась моего лица.

— Такая милая девушка, — сказала она Дину. — Она бы понравилась твоему отцу.

Глава 33

— Лови, — Майкл бросил ключи от машины Дину. Дин поймал их. — Ты поведешь, —

сказал Майкл, неспешно шагая к пассажирской двери. — Ты выглядишь так, будто тебе это нужно.

Дин крепче сжал ключи, в то время как я гадала, какую игру затеял Майкл. Он никогда не

позволял никому водить свою машину — и Дин был последним, для кого он сделал бы

исключение. Дин, скорее всего, думал о том же, о чём и я, но он с кивком принял предложение.

Майкл забрался ко мне на заднее сидение.

— Итак, — сказал он, когда Дин отъехал от дома. — Кристофер Симмс: он либо по

понятным причинам не рад, что его мать тащится от серийных убийц, либо же он сам начинающий

псих?

— Он схватил Кэсси, — Дин позволил своим словам зависнуть в воздухе. — Он мог

наброситься на меня. Мог схватить тебя. Но он взялся за Кэсси.

— А когда ты стал угрожать ему, — добавила я, — он ушел.

Вам не стоило приходить сюда, — я вспомнила слова Кристофера.

Это странно. Вы все — больные.

— Чего тормозишь? — спросил Майкл. Сначала мне показалось, что он обращался ко мне,

но затем я поняла, что он говорил с Дином. Машина не двигалась. Мы замерли у знака остановки.

— Ничего, — ответил Дин, но его взгляд замер на дороге, и я вдруг поняла, что Майкл не

просто так позволил Дину повести. Дин вырос в этом городе. Это — его прошлое, место, куда он

бы ни за что не вернулся, будь у него выбор.