— Хорошо, хорошо, как скажешь, — мама сейчас на все согласна, только бы я пошла с ними в ресторан. — Значит, я даю отмашку Светлане Петровне?
— Давай. Ой, мам, прости, у меня бульон закипает, — предпринимаю попытку вырваться из маминого «захвата».
— Неужели ты варишь первое? — тут же перескакивает она на одну из любимых тем. — Где же это записать?
— Мам, — гашу закипающее во мне раздражение. — Я дарила тебе календарь, отметь в нем.
— Наконец-то не сухомятка. Ты совсем не думаешь о своем здоровье! — заводит мама свою волынку.
— Мам, прости, закипело! — восклицаю я и нажимаю отбой.
Уф! А теперь можно спокойно сделать себе бутеров и чая. Какое первое, мама! Твоя дочь не помнит, когда последний раз его готовила.
Знакомство проходит суетливо. Все друг друга стесняются в попытке найти какие-то общие темы для разговора. Несколько раз я ловлю многозначительные взгляды, которыми обмениваются обе «сватьи», затеявшие эти посиделки. Отцы ни во что не вникают, только наполняют рюмки, закусывают и выходят вместе покурить.
Голос Николая слышу единожды, когда здоровается при нашей встрече, все остальное время он играет в партизана, исподтишка поглядывая на меня. Внешне он обычный, ничем меня не цепляет. Один раз приглашает на танец, и пока мы танцуем, мамы что-то оживленно обсуждают, поглядывая в нашу сторону. Пятой точкой чувствую, уже планируют свадьбу.
После ужина мы прощаемся и разъезжаемся по домам: Николай везет своих, я — своих. Вздыхаю с облегчением, раз Николай не предпринял никаких попыток к дальнейшему знакомству, значит, я на него тоже не произвела никакого впечатления. Вот и ладненько, я радостно «возвращаюсь на свою печь».
Но на следующий день в обед звонит мама и тараторит так, что я не могу ввернуть ни единого слова:
— Дочка, Светлана Петровна сказала, что ты очень понравилась Николаю и он приглашает тебя сегодня в кино на вечерний сеанс. Будет ждать у входа в третий кинозал торгового центра «Колизей».
— Надо же, — я в шоке после этих новостей, такого поворота я не ожидала, поэтому застигнута врасплох. — Я не знаю, мам…
— Ну чего, от тебя убудет что ли? Сходи!
— Мам… — некогда вступать в дискуссию, работы — завал, и я в очередной раз скрепя сердце сдаюсь под маминым напором. — Схожу.
— Вот и молодец! — мама довольна моей сговорчивостью, а вот я — не очень.
В общем, «жених» мой оказывается молчуном, слово клещами не вытянешь. Но как я ни отказываюсь, до дома он меня провожает — джентльмен.
И несмотря на то, что человек он неразговорчивый, и на то, что я не пылаю к нему чувствами, он продолжает потихоньку свою наступательно-завоевательную политику. Узнал мой номер телефона и каждое утро меня теперь ожидает прелестная «доброутрешняя» открытка. Несколько раз приглашает на постановки в театр, в музей — я столько за всю свою жизнь не бывала там, сколько за эти два месяца. Не пристает ко мне, видимо, чувствуя мою неготовность к этому. Но я каюсь, ничего не могу с собой поделать: мысли о моем ночном собеседнике постоянно вытесняют образ Николая.
Я и представить не могла, что общение с незнакомцем может настолько меня увлечь.
Каждую ночь наша переписка продолжается снова и снова, и в это время я чувствую, будто нет ничего важнее, кроме нее. Инициатор — Лихоманец, так как сообщения ежедневно приходят от него все с новых и новых номеров. И я с трепетом и волнением жду не дождусь этого часа Х.
Общение захватывает с первых же строк, он как книга, которую невозможно отложить, с упоением погружаясь в каждую страницу, строку, слово. Мы делимся своими увлечениями, обсуждаем любимые книги, фильмы и музыку. Мы не можем наговориться, он остроумен, грамотен, многое знает, и, что самое немаловажное, у него потрясающее чувство юмора.
Да, мы не близкие друзья, не родственники, мы всего лишь двое случайных незнакомцев, между которыми нет ничего, кроме простой переписки, но все же это нечто большее. Во всяком случае, для меня. Да это самое потрясающее общение за всю мою жизнь, поэтому… я просто не могу остановиться!
На утро я еле разлепляю глаза, но вечером только и жду, поглядывая на экран мобильника, когда же вновь застрекочет цикада. Я засыпаю и просыпаюсь с мыслями о нем. Думаю о нем, когда еду на работу, и когда вижу что-то, что мне о нем напоминает. Время как будто остановилось, кажется, что мы знакомы вечность.
Почти пять месяцев пролетают удивительно быстро, наполненные ежедневным общением и бурными эмоциями.
Мы ни разу не созваниваемся, но мне ужасно хочется услышать его голос. Меня неудержимо тянет к нему, как ни к кому другому раньше. Такого чувства подъема и полета души я раньше не испытывала. Это заметили и коллеги, и мои родные. Особенно, мама.
— Доча, у меня чувство, что дело движется к свадьбе, — слышу ее радостный голос в трубке.
— Мам, о чем ты? Мы даже ни разу не целовались, — знала бы мама, кем заняты мысли ее дочери.
— И очень хорошо! Это лишний раз доказывает, какой Николай порядочный! Не то, что нынешние парни — первым делом в постель тянут! — ворчит она.