Формально силы Холланда имели большое превосходство над противником, поскольку крейсер «Худ» водоизмещением 42 тыс. т номинально являлся самым крупным кораблем всех флотов и был вооружен восемью 14-дюймовыми орудиями. Однако «Худ», построенный в 1930 году, еще до Вашингтонского соглашения, не был до конца модернизирован: начавшаяся в 1939 году война помешала осуществить принятое в марте этого года решение совета адмиралтейства улучшить броневую защиту корабля. «Принс оф Уэлс» был новым кораблем, и его вооружение еще не успели полностью испытать
Прим. авт.. Немецкие корабли, хотя и предполагалось, что они соответствуют ограничениям Вашингтонского соглашения (35 тыс. т для линкоров и 10 тыс. т для тяжелых крейсеров), фактически имели водоизмещение соответственно 42 тыс. т и 15 тыс. т, а это позволило снабдить их более тяжелой броневой защитой. Кроме того, хотя они и уступали в артиллерии главного калибра (восемь 15-ти дюймовых орудий у «Бисмарка» и восемь 8-дюймовых орудий у «Принца Эйгена»), это компенсировалось дефектами орудий «Принс оф Уэлса» и превосходством дальномерных приборов немецких кораблей.
Немецкие корабли были обнаружены в 5.35, за час до восхода солнца, а в 5.52 все четыре корабля завязали огневой бой «Худ», и оба немецких корабля сосредоточили огонь на нем. «Худ» был не только флагманским кораблем, но и самым уязвимым, особенно для навесного огня, поэтому он поспешил как можно скорее сократить дистанцию. Сближение происходило на встречных курсах, и англичане не могли вести огонь орудиями кормовых башен. Немцы же имели возможность использовать всю артиллерию одного борта. После второго или третьего залпа в 6.00 «Худ» взорвался и в течение нескольких минут затонул. Спаслось только трое из экипажа более чем в 1400 человек. Это вызывало самые мрачные воспоминания о судьбе английских линейных крейсеров во время Ютландского сражения четверть века назад
– Прим. авт.
«Принс оф Уэлс», на котором теперь сосредоточили огонь оба немецких корабля, сильно пострадал от разрушительных попаданий с «Бисмарка» и «Принца Эйгена». В 16.30 командир «Принс оф Уэлса» принял решение выйти из боя и стал уходить под прикрытием дымовой завесы. Контр-адмирал Уэйк-Уокер, командующий двумя крейсерами, а теперь после гибели Холланда, и всем соединением, одобрил это решение, но приказал не терять соприкосновения с противником до подхода главных сил флота. Они находились теперь на расстоянии около 300 миль, но было мало надежды, что удастся подойти вовремя, так как утром видимость ухудшилась. После полудня командующий английским флотом адмирал Тоуви с облегчением узнал, что «Бисмарк» изменил курс и сбавил ход примерно до 24 узлов.
Оказалось, что в короткой утренней схватке «Бисмарк» получил два прямых попадания с «Принс оф Уэлса» и одно из них вызвало утечку топлива. Это снизило запас хода корабля. Немецкий адмирал Лютьенс вынужден был направиться в один из портов западной Франции, отказавшись от рейда в Атлантику или возвращения в Германию из опасения быть перехваченным английскими соединениями, действовавшими в этом районе.
Днем Тоуви приказал 2-й эскадре крейсеров под командованием адмирала Кертейса и авианосцу «Виктрориес», который готовился к отправке в Средиземное море, следовать на позицию, а 100 милях от «Бисмарка» – достаточно близко, что «Викториес» мог поднять в воздух своих девять бомбардировщиков-торпедоносцев. После
22.00 в очень плохую погоду корабли отправились к указанному месту, с трудом отыскали «Бисмарк» и после полуночи успешно его атаковали. «Бисмарк» получил одно прямое попадание, которое не причинило серьезного ущерба линкору, защищенному тяжелой броней. Рано утром 25 марта ему удалось ускользнуть от своих преследователей, и остальная часть дня прошла в бесплодных попытках вновь его обнаружить.
