Наконец-то Жуков нащупал своего врага: разведка обнаружила стык 4-й и 1-й танковых германских армий. Он повернул фронт несколько южнее — к Днестру, к Черновцам. Это отрежет 1-ю танковую армию немцев и искомая
Южнее 2-й Украинский фронт маршала Конева начал наступление 5 марта. Очевидцы в один голос вспоминают главную примету того движения на запад — непролазную добрую украинскую бездорожную грязь. Фантастическая сила трех танковых армий была направлена на германскую оборону, смятую в ближайшие же часы. Танковый маршал Ротмистров мчался на Умань, на обочинах поражала глаз невиданная (и уже трофейная) техника — более 200 «Тигров», 12 тысяч грузовиков, 600 брошенных орудий. Немцы видели подобное лишь в августе-сентябре 1941 года под Киевом и Вязьмой, а также в мае 1942 года под Харьковом.
Пришла и наша пора. Сверхценимые Гитлером новенькие «тигры» понуро опустили жерла пушек, а Ротмистров шел дальше на запад. В районе Поташа они увидели еще более богатые трофеи. В Умани склады ломились от первоклассной техники. Складывается впечатление, что прирожденный реализм немцев должен был сработать, после таких потерь у Германии не оставалось шансов. И нации реалистов, трезвого расчета и бесстрастного анализа нетрудно было сделать необходимый вывод. У них уже не было шансов остановить советское движение к южному Бугу. На всех видах плавсредств Конев фронтом в 80 километров форсировал Буг. Советская Армия выходила к предвоенной границе, выходила к Польше, за которой Германия.
Между январем и мартом 1944 года ценой огромного напряжения советская военная промышленность выдала фронту более 5 тысяч орудий и около 5 тысяч танков, и почти все они получили адресное назначение на Украину — украинским фронтам. На самом юге Украины Малиновский, не имея пока танковой мощи, сравнимой с технической оснащенностью его непосредственных северных соседей, умело использовал конницу генерала Плиева. 13 марта он взял Херсон — теперь Днепр во всем своем великом течении был в родных руках. Семь немецких дивизий попали в умело устроенное окружение в районе Снегиревки (между реками Ингул и Ингулец). Открылась дорога на Одессу, на Тирасполь и в дальней перспективе — на Прут и Дунай, на предвоенную границу. Несмотря ни на какие погодные и иные препятствия Малиновский вышел всей мощью к южному Бугу и стал угрожать южным формированиям отступающего вермахта. Сталин потребовал от Малиновского и Конева координации действий с тем, чтобы загнать в кольцо отходящие 6-ю и 8-ю армии немцев. Действуя согласованно, Конев 25 марта достиг Прута и советской границы с Румынией.
Жуков тоже развернул свой 1-й Украинский фронт в южном направлении. Его огромные танковые силы презрели грязь и распутицу, выходя через западноукраинские города к переправе через Днестр у Залещиков, откуда рукой подать было до Черновцов. Шесть советских армий к 28 марта загнали в окружение 1-ю танковую армию немцев. Но ненадолго. Между 1-й гвардейской и 4-й танковой армиями образовался прогал, который немецкая авиация обнаружила немедленно. К тому же 4-я советская танковая армия имела в своем составе всего 60 танков, а в баках этих танков заканчивалось горючее. У соседних армий была своя миссия — постоянно держать в поле зрения «фаворита» Жукова — 4-ю танковую армию немцев. Жуков был уверен, что 1-я танковая армия немцев постарается прорваться на юг — перейти через Днестр и скрыться в Румынии. Радиопрослушивание, казалось, подтверждало такую линию поведения окруженных немецких танкистов.
Но 30 марта стало очевидно нечто неожиданное — 1-я танковая вермахта рвется не на юг, а на запад. Манштейн создал новый фронт от Станислава до Тарнополя и предпринял молниеносную атаку, не идентифицированную вовремя фронтовой разведкой Жукова. Удар в неожиданном месте помог 4-й танковой армии преодолеть кольцо окружения — 4-го апреля две танковые дивизии СС нанесли удар по 18 гвардейской армии в районе Подгайцев и после трех дней боев путь 4-й танковой из кольца был открыт.
В ярости Жуков бросает свои 1-ю и 4-ю танковые армии вдогонку уходящим на запад германским танкам, но поздно. Германская оборона не позволяет нагнать германских танкистов и они выходят из-под удара. Этот немецкий успех имел лишь тактическое значение. По существу вся Украина была освобождена, и советские фронты вышли к прежним советским границам. Они стояли теперь у границ Чехословакии и Румынии. Правда, оставались и важные задачи — освобождение Одессы, Прикарпатья. К Одессе устремился Малиновский, и утром 10 апреля 1944 года прекрасный город был освобожден. Теперь все основные черноморские порты — Одесса, Николаев, Очаков — были освобождены, и Малиновский остановился перед Молдавией.
