Вторая мировая война полностью

На этот раз германская группа армий «Центр» должна получить такой удар, от которого ей не оправиться. Задачу выполнит Западный фронт, который в целях оптимизации руководства разбивается на два фронта — 2-й и 3-й Белорусские. Первым был назначен командовать генерал Петров, много воевавший на юге, вторым — генерал Черняховский, которого предложил Василевский. Этот тридцативосьмилетний еврей был одним из самых славных витязей русской истории. Сирота гражданской войны, окончивший одесскую пехотную школу, он показал свой полководческий талант, получив в командование 60-ю армию, которая под Курском в условиях почти катастрофических взяла на себя инициативу и с тех пор не знала поражений. 12 апреля Сталин одобрил назначение самого молодого из командующих фронтами. Старый Западный фронт почувствовал молодую кровь, когда Черняховский приехал в штаб в Красном.

План Генштаба поражает своей масштабностью — на картах была расписана самая крупная операция мировой истории. Речь шла о совместных действиях шести фронтов, от Нарвы на севере до Черновиц на юге. Главная часть операции — наступление в Белоруссии с целью уничтожения группы армий «Центр». Окончательная доработка наступательных планов завершается в середине мая 1944 года. А 20 мая Сталин собрал совещание высших военачальников в Кремле. Подверглись обсуждению даже малозначительные детали. В конце долгого дня Сталина спросили, каким будет кодовое название предстоящей операции, и он предложил назвать ее именем грузина — великого патриота России: «Багратион».

А на центральной, магистральной линии мирового противостояния, в Германии, размышляют над будущим советских военных операций. Именно здесь решится судьба войны. Гелен передает командованию вермахта целый ряд аналитических докладов, оценивающих сложившуюся операцию, главный среди них — «Wichtige Abwermeldungen», в котором обобщается гигантская работа германской разведки: когда, где и с какой целью русские намереваются предпринять наступательные усилия? В руках Гелена доклад о секретном заседании Ставки в конце мая. Согласно заключению Гелена, Сталин намерен нанести удар в районе Ковеля — Львова с выходом в Польшу и стимулированием восстания в Польше. Принцип руководителя аналитической службы Восточного фронта прост: Гелен следит за советскими танковыми армиями. Все они на юге. Стало быть, русские попытаются с юга войти в Польшу. А для чего еще нужны танки? 3 мая Гелен докладывает, что из 39 советских бронетанковых корпусов большинство размещено на юге или устремлено на юг. Отсюда вполне понятное радиомолчание. Против группы армий «Южная Украина» стоят 1200 танков, против группы армий «Северная Украина» — 500 танков, против группы армий «Север» — 423 танка, а в центре — только 41 танк. Вывод напрашивается.

И только пять человек на земле знали, что удар придется в районе германского выступа Витебск — Бобруйск — Минск. Советская стратегическая разведка дала такие цифры противостоящих войск: 42 германские дивизии. Против них предполагалось выдвинуть 77 советских дивизий, три танковых корпуса, один механизированный корпус, один кавалерийский корпус, шесть артиллерийских дивизий и три дивизии «катюш».

Финал планирования на самом высоком уровне был весьма драматическим. Рокоссовский стоял на том, что продвижение к Бобруйску должно осуществляться двумя колоннами, а ряд военачальников (и их поддержал Сталин) стояли за один мощный удар. Эмоции перехлестывали через край. Сталин дважды отсылал Рокоссовского в соседнюю комнату «подумать еще». Рокоссовский заявил, что если Ставка будет настаивать на одном ударе, он попросит о снятии его с поста командующего фронтом. Молотов и Маленков, симпатизирующие горячему военачальнику, наперебой спрашивали его: «Да знаешь ли ты, с кем споришь?» И все же Рокоссовский убедил Сталина в том, что его замысел обещает лучшие результаты. Он сказал, что любит генералов, которые знают свое дело и знают, чего хотят. На Бобруйск войска пойдут двумя колоннами.

Железная дорога работала в предельном режиме, огромные массы войск перемещались по великой русской равнине, бой предстоял жестокий. А пока до назначенного срока — 15–20 июня — соблюдалась исключительная секретность. Маршалы менялись местами, Конев возглавил 1-й Украинский фронт, Малиновский — 2-й Украинский, безотказный генерал Петров возглавил 4-й Украинский фронт.