Ну да ладно. С Иваном Киреевым мы поехали обратно в магазин, а Николай Николаевич Головко отправился в свою контору. При этом он сделал копию документа, выданного Пришельцевым и разрешающего мне поездку. Я подумала: «Вот молодец законник. А то и правда, мало ли что.»
Сейчас у меня по плану торжественное открытие лавки, назначенное на полдень. Время выбрали специально, предполагалось, что к началу открытия гости проголодаются, а мы подготовили лёгкие закуски. Мария Александровна Голощёкина, владелица чайной лавки, помогла всё организовать. Для простого люда столы выставили прямо на улице, благо было лето. Для особых приглашённых внутри накрыли фуршетные столы, за которыми стояли официанты, раскладывавшие угощение по маленьким тарелочкам.
Но прежде, чем приступить к закускам, нужно было произнести речь, внутри магазина это намеревалась сделать я сама, а на улице должен был выступить заведующий магазином, но так как у нас пока эта должность была вакантна, то роль заведующего магазином временно исполнял Иван Киреев. Кандидаты у нас были, но мы, боясь ошибиться, всё ещё находились в процессе выбора.
Дамы собирались неторопливо, и к началу церемонии пришла примерно половина приглашённых. Чтобы занять их, я открыла фуршетные столы чуть раньше. Но к моему удивлению, к столам пришедшие дамы не бросились, а ходили по магазину, словно по музею, всё охали, ахали, спрашивали, что можно трогать руками, а что нет. Я разрешила трогать всё.
За красиво оформленным туалетным столиком с большим зеркалом стояли две опрятно одетые девушки, выдававшие пробные экземпляры и рассказывавшие о каждом продукте. Вскоре у них образовалась очередь, и мне пришлось пригласить ещё двух девушек, предусмотрительно нанятых Иваном, чтобы они встали рядом и помогали объяснять, что в какой баночке и как ею пользоваться.
Несколько дам я «застукала» за тем, что они, так сказать, «присваивали» маленькие флакончики с витрин. Но мы с Иваном заранее это обсудили и решили, что к таким неожиданным убыткам готовы. Хотя, конечно, было удивительно, потому что внутрь магазина были приглашены уважаемые и родовитые люди.
Пришла и мадам Голощёкина, оглядела всех по-хозяйски, покачала головой и, наклонив меня к себе, сказала:
— Эти особо покупать не будут, — и кивнула в сторону тех, кто тайком запихивал в карманы баночки, — им всё на халяву подавай, а вон те, — и она показала на нескольких скромно, но стильно одетых дам, — будут, и много. К ним иди, рассказывай.
Я улыбнулась, поблагодарила за науку и направилась в ту сторону. Среди собравшихся оказалась и княгиня Волошина, в этот раз, сменившая, видимо, в честь церемонии, чёрный цвет на тёмно-фиолетовый.
— Давайте я вам расскажу о продукции, которую мы производим в моём имении, — начала я, — здесь представлены образцы, здесь их можно попробовать, а можно и заказать, и мы привезём вам нужное количество и ассортимент.
Дамы улыбнулись. Видимо, им не очень хотелось ходить в лавку, куда заглядывали, скажем так, все подряд, и купчихи, и может жёны чиновников, я не знала, но именно они сейчас толпились возле туалетного столика, стараясь намазать на себя всё сразу, или, думая, что никто не видит, прятали флакончики по карманам.
Я кивнула одной из девушек, и она принесла мне презентационный набор. В него входили шесть видов эликсиров, разработанных мной и Верой Евстафьевной. Вера, кстати, тоже была здесь, но пряталась в подсобке, так и не захотела выходить и общаться с дамами. Хотя могла бы многое рассказать о продукте.
— Если я начну говорить, — сказала она, — все разбегутся. Я ведь буду формулы приводить. А кому они, кроме меня, интересны?
Я признала её правоту и разрешила пить чай в подсобке. Там, кстати, было специальное окошко с отличным обзором на торговый зал, и я была уверена, что Вера сидит и смотрит, словно в телевизор.
Я показывала дамам каждую баночку, рассказывала о свойствах, внимательно наблюдая за реакцией. Это оказалось полезным, потому как при упоминании тех или иных свойств, упругость кожи, чистота, отбеливание, у каждой по-своему загорались глаза. Всё это я запоминала, чтобы в дальнейшем составлять индивидуальные предложения.
Надо сказать, что баронесса Сушка, пришла на церемонию открытия первой, всё протестировала, никаких флакончиков с витрин не забирала. Она, конечно, пыталась критиковать, и баночки кривые, и пространства мало, но накупила разного мёда и сделала большой заказ. И оставалась до самого конца церемонии.
После презентации я попросила Ивана вынести подарочные коробочки. Все, кто был внутри магазина во время выступления, получили в подарок красиво упакованный набор с теми самыми флакончиками, что в небольшом количестве стояли на витринах, и открытку. Открытку сделали у знакомого художника мадам Голощёкиной, на открытке был изображён горшочек, наполненный мёдом, сияющим словно золотом, и надпись:
«
Я, признаться, уже жалела, что выбрала это название. Я ведь не ожидала, что вся эта легенда о золоте на моей земле окажется правдой.
***