Ещё Горбачёв объявил компанию по борьбе с пьянством. Ограничили продажу спиртного, вырубили виноградники. К открытию винных магазинов выстраивались километровые очереди. Стеклянные двери и витрины выдавливались толпой. Прилавки брали с боем. Расцвело самогоноварение и всяческая спекуляция спиртным. Забыл сказать, — во все поездки за границу с Горбачёвым ездила его жена — Раиса Максимовна. Так называемая «первая леди СССР». Другие президенты вынуждены были также таскать за собой повсюду своих жён. Такая мода появилась, а ввела её Раиса. Вообще, в этой семье явно она была главная. Шутка тех времён: «По России мчится тройка — Мишка, Райка, перестройка».
19 августа 1991 года — попытка государственного переворота. Горбачёв с женой отдыхал на даче в Форосе. Воспользовавшись этим, группа руководителей объявила его больным, а себя — Государственным Комитетом По Чрезвычайному Положению (ГКЧП).
В этот комитет вошли министры обороны, внутренних дел, КГБ т ещё кто-то, я уже всех и не помню, всего шесть — семь человек. Сутки по всем каналам передавали классическую музыку. Горбачёв занял выжидательную позицию. — чья возьмёт. Потом он заявил, что ему обрезали все коммуникации, и он ничего не знал.
Разрулил ситуацию Ельцин. Будучи президентом России, а Москва — столица не только СССР, но и России, он успел назначить своих силовых министров, в окружении которых выступил с обращением к гражданам России. Обозвал ГКЧП попыткой гос. переворота, ввёл в Москву подчинённые ему воинские части, арестовал весь комитет и отправил их в «Матросскую тишину». В момент противостояния на защиту «Белого дома», где находилось правительство России вышли толпы москвичей, строили баррикады, ложились под танки, которые были на стороне ГКЧП. В общем, зарождающуюся демократию отстояли. Таким образом, Ельцин как бы восстановил власть Горбачёва. Но только на время. В сентябре из состава СССР вышли три прибалтийские республики. А в декабре в Беловежской пуще собрались президенты России, Украины и Белоруссии и объявили о создании Союза Независимых Государств (СНГ). Горбачёв растерялся, вместо того, чтобы арестовать сепаратистов, сложил с себя полномочия Президента СССР. В последствии оправдывался, что не хотел допустить гражданской войны. На Западе Горбачёв был очень популярен. Ему дали Нобелевскую премию (видимо — за развал СССР). Его заслугой считают падение Берлинской стены, — объединение Германий.
Сепаратистские настроения усилились задолго до развала СССР. Сказалась слабость центральной власти. Сначала были массовые беспорядки в Вильнюсе и Тбилиси, которые были подавлены войсками.
В СНГ вошли большинство бывших республик СССР, за исключением Литвы, Латвии, Эстонии, Молдавии. Но это было уже формальное объединение. Фактически в каждой республике была своя власть, самостоятельная внутренняя и внешняя политика, свои деньги.
Президент России Ельцин продолжал выпрашивать кредиты на Западе, загоняя Россию в кабалу. Продолжался развал армии. Ельцин часто появлялся в пьяном виде даже на международных мероприятиях. Тем не менее, выдержал два президентских срока.
3 октября 1993 года — попытка госпереворота в России. Вице-президент Руцкой и премьер — министр Хасбулатов с группой единомышленников засели в «Белом доме» и объявили Ельцина недееспособным. Но тот опять сумел победить. Весь мир смотрел по телеэкранам, как по «Белому дому» стреляли танки. Путчистов арестовали, потом быстро помиловали. Руцкой после этого ещё губернатором Курской области поработал.
Кстати… Курской… пока не забыл. Атомная подводная лодка «Курск» утонет во время учений в Баренцевом море. Погибнут все — весь экипаж. Произошло это где-то в 2000 — 2002 годах, точно не помню. Там было несколько версий, основная — взрыв учебной торпеды. Но было ещё подозрение, что торпедировала американская подводная лодка, она где-то рядом крутилась.
— Пишите? — Вошедший в комнату Верещагин бросил на тумбочку жёлтую папку и у стало сел на кровать. — Дай мне почитать ваше творчество, отдохните пока. Тут, кстати, — он порылся в папке, — твоё командировочное и суточные с зарплатой на месяц вперёд.
Положив на стол документы и деньги, Верещагин взял у Рагозина тетрадь и углубился в чтение.
— Даже не верится, что это всё может быть в нашей стране, — захлопнув тетрадь, задумчиво произнёс Верещагин, — я сейчас разговаривал с Москвой. Хорошо, что на том конце оказался мой хороший товарищ. Когда я ему немного намекнул, какой информацией располагает гражданин Бурдаков, — он готов был немедленно отправить в Сосьву военно-транспортный самолёт в сопровождении истребителей. Еле уговорил отложить на завтра. И не сюда, а в Кольцово. Без истребителей, конечно. Чувствуешь Бурый, какой почёт тебе
