— Скорее, не ко мне лично, — Вадим почесал стриженую голову, — а к информации, которая в этой башке. Мы тут ещё про Чернобыль не писали, про две чеченские войны, про армяно-азербайджанскую войну, про российско-грузинскую, о взрыве всемирного торгового центра в Нью-Йорке — двух башен-близнецов. И я уверен, что я вспомнил ещё не всё.
— Ну, ты наговорил… — у Верещагина вытянулось лицо, — давай диктуй всё по порядку.
Вадим диктовал весь вечер с перерывом на ужин. Ужинали в полупустой поселковой столовой. Девушки из персонала столовой с любопытством поглядывали на странную компанию из двух незнакомых офицеров и зека-бесконвойника.
Утром собрались как солдаты по тревоге. Позавтракали в той же столовой и на дежурном УАЗике прибыли в аэропорт. Не заходя в здание, прошли сразу в вертолёт. Через полтора часа были уже в Свердловском аэропорту Кольцово. Вертолёт приземлился на воинскую стоянку, где когда-то Вадим проходил срочную службу.
— Нам туда. — выйдя из вертолёта и осмотревшись, майор уверенно указал на стоявший недалеко АН-24 с красными звёздами на крыльях и хвосте.
— Контрольный вопрос, — Рагозин придержал Бурого за рукав и показал на небольшое белое здание, приткнувшееся с краю стоянки у забора, — что это?
— Генеральский домик, — не задумываясь ответил Бурый.
— Как понять — генеральский? — Верещагин замедлил шаг, оглянувшись на странное строение.
— Это стоянка для перелетающих экипажей военных самолётов. Для лётчиков здесь в посёлке есть специальная гостиница и столовая, а для высшего начсостава — вот этот домик.
— Откуда такая информированность?
— Так я же здесь срочную служил, товарищ майор.
— Я тоже, — добавил Бурый, — вон за тем углом территория нашего взвода АТВ — Аэродромно-Технический Взвод. Интересно было бы заглянуть, что там изменилось.
— Некогда. — Верещагин уже подходил к лётчику в синей меховой куртке и унтах, курившего у металлического трапа. Из воинской формы на нём была только шапка с кокардой и брюки с синим кантом. — Здравствуйте, я майор Верещагин, эти — со мной. Вы за нами?
— Капитан Сергачёв, — отдал честь лётчик, откинув окурок, — как раз вас и дожидаемся. Заходите, — он указал на дверь, — можно вылетать?
— Да. Нас тут ничего не держит.
Два часа полёта до Москвы Вадим проспал, развалившись в удобном кресле. В салоне кроме них троих больше никого не было. Когда он открыл глаза, самолёт уже катился по земле, замедляя скорость. Вокруг рядами стояли краснозвёздные самолёты небольшого размера. В моделях самолётов Вадим не разбирался.
Прямо к самолёту по аэродрому подкатила чёрная «Волга» утыканная антеннами. Выскочивший из неё подтянутый майор поздоровался со спустившимся по трапу Верещагиным и отвёл его в сторону.
— Понимаешь, Толик, — донеслось до Вадима, — генерал сильно заинтригован, приказал доставить вас прямо к нему в кабинет. Чтобы меньше утечки было, отправил меня, так как я уже в курсе. Я после дежурства отдыхать уже должен.
Дальнейшее Вадим не расслышал, забираясь на заднее сиденье «Волги» вслед за Рагозиным. Через некоторое время туда же забрался и Верещагин. Встречающий майор запрыгнул на переднее сиденье рядом с водителем, и машина рванула с места, взвизгнув покрышками.
— Слышь, Саня, — вдруг забеспокоился Верещагин, — а как же мы к генералу в таком виде, — помятые с дороги, с кошёлками…
— Ничего, генерал не из брезгливых, он в молодые годы в таких жопах побывал… А «кошёлки» оставите у дежурного на входе, никуда они не денутся.
Боковые и задние окна «Волги» были закрыты какими-то полупрозрачными шторками. «Они тут что, до тонировки ещё не додумались, — подумал Вадим, — надо будет подбросить идею для спецслужб».
Он с интересом разглядывал то, что удавалось увидеть через лобовое стекло. Бросалось в глаза отсутствие пробок. Какая-то непривычная пустота на проезжей части, отсутствие иномарок, — только «Жигули», «Волги», «Москвичи». Так же непривычно было отсутствие рекламы на зданиях, автобусах и троллейбусах. Вообще, Москва показалась какой-то серой и грязной.
Верещагин, внимательно наблюдавший искоса за реакцией Бурого, уловив желание того что-то сказать, толкнул локтем в бок и указал глазами на водителя:
— Все комментарии потом.
Вадим думал, что их везут на Лубянку и высматривал глазами памятник Дзержинскому, который должен был в это время ещё стоять на старом месте. Однако. машина неожиданно свернула в арку, перекрытую решётчатыми воротами. Вышедший из неприметной двери сбоку прапорщик в шинели с петлицами василькового цвета внимательно изучил протянутое ему удостоверение и махнул кому-то рукой, ворота распахнулись, «Волга» плавно вкатилась во двор и приткнулась к стене между двумя точно такими же машинами.
В небольшой прихожей, оказавшейся за входной дверью, их встретил молоденький капитан, выскочивший из-за стола, на котором кроме двух телефонов ничего не было. Рассмотрев удостоверения, протянутые ему майорами, капитан кивнул:
