Существовало Всероссийское общество кладоискателей, созданное по образцу «Общества охотников и рыболовов». Члены этого общества платили ежегодные членские взносы и отдельно покупали лицензии по месяцам. Запрещалось ходить по засеянным полям, местам объявленными памятниками истории и археологии. Обязательно нужно было закапывать ямки за собой, сообщать в МЧС об обнаруженных взрывоопасных предметах. Нарушители должны были или платить довольно-таки серьёзный штраф, или очистить от железа конкретный участок в несколько квадратных метров на местах боевых действий второй мировой. Учитывая, что в этом обществе числилось больше миллиона членов, оно давало солидные поступления в бюджет государства.
Находки оценивались специальными отделами при районных администрациях. Представляющие историческую ценность выкупались государством по рыночным ценам для музеев, а остальные становились собственностью того, кто нашёл. За всё время только двенадцать находок Вадима оказались достойными размещения в музеях. Под каждым их этих раритетов красовалась табличка с его фамилией, чем он очень гордился.
Два года назад к движению кладоискателей было приковано внимание чуть ли не всей мировой общественности. Один из фанатов приборного поиска обнаружил в болотах между Могилёвом и Смоленском крест Ефросиньи Полоцкой. Счастливчик категорически отказался от вознаграждения, хотя эту реликвию целенаправленно искал более десяти лет, зимой — просиживая всё свободное время в архивах, а летом — кормил комаров и распугивал змей в лесах и болотах. Правда, от ордена — высшей награды Епархии — он не отказался.
— Дедуля, пливет! — ворвавшийся в палату трёхлетний внук с разгону запрыгнул Вадиму на руки.
— Артём, немедленно оставь дедушку в покое, он болеет, а ты… бессовестный, — вошедшая следом дочь Наташа, попыталась оторвать своего сына от деда. Но Вадим её остановил:
— Успокойся, дед абсолютно здоров. За неделю уже всё зажило, как на собаке, — Вадим действительно чувствовал себя превосходно, даже возобновил занятия утренней гимнастикой, делая упор на приседания и отжимания от пола, — а где твой младшенький?
— Спит в машине, Саша за ним присматривает.
Что удивительно, в обоих вариантах прожитой жизни дочь родилась в один и тот же день. И замуж вышла за того же самого парня. Свадьба состоялась в тот же день, только не в ресторане, а в коттедже у родителей невесты. Только, в этом варианте Наташка была немного повыше ростом и с более округлыми формами. И дети у них стали появляться раньше.
— Ну, так тебя выписали, или ещё нет? — энергичная деловая Наташка и минуты не могла просидеть спокойно.
— Документы ещё вчера были готовы, выдать некому — совещание у них какое-то с утра. А ты что, куда-то торопишься?
— Я — нет. Мама только что звонила, чем-то вкусным тебя накормить хочет, переживает, что остынет.
— Не остынет. Максимум — ещё минут десять. Не будут же они там весь день совещаться.
Двухэтажный коттедж, в котором они сейчас жили с Любой вдвоём, Вадим начал строить ещё во время службы. Люба поначалу ворчала, мол, есть же нормальная квартира в Москве, зачем покупать какую-то избушку-развалюшку в деревне под Витебском? Но, во-первых, — у Вадима был нарисованный двойником от руки план, как будет выглядеть деревня Новка через много лет; во-вторых — к избушке прилагался участок в двадцать пять соток с хорошим садом и красивым видом с холма, на котором он располагался.
Когда же на месте избушки вырос красивый дом, Люба с удовольствие стала ездить сюда каждое лето отдыхать от шумной Москвы. После выхода Вадима на пенсию они окончательно перебрались в Витебск, оставив квартиру в Москве старшему сыну.
Вадим учёл информацию, полученную от двойника, и много внимания уделял воспитанию сына. Несмотря на сопротивление жены, жалевшей ребёнка, Антон ходил в секцию бокса, каратэ, плавания и футбола. В результате, в отличие от первого варианта, характер у него сформировался вполне мужской — решительный, самостоятельный.
После окончания института иностранных языков, Антон работал военным переводчиком, специализировался на арабских языках, поэтому постоянно находился в командировках на Ближнем Востоке и в Африке. Даже когда у него на груди стали появляться боевые награды, Антон ничего не рассказывал, отшучиваясь. Но Вадим был сам в состоянии сопоставить время и страну пребывания в очередной командировке. Будет настроение — сам расскажет.
Несмотря на то, что у молодого спортивного офицера от девчонок отбоя не было, жениться он не торопился. Поэтому родители перегрелись, когда, будучи в очередной командировке в Ливии, он сообщил, что вернётся с женой.
— Где эта Ливия хоть находится? — Люба с географией не дружила с детства.
— На севере Африки, — Вадиму пришлось как-то лично общаться с лидером Ливии Каддафи.
— О, Господи! Нам тут в семье только негритянок не хватало!
