— Никак не разберу. Голосов много. Одни говорят о несмываемом ос-корблении, другие пробуют понять, откуда в них появился страх, третьи пугают смертью, а остальные предлагают…не понимаю…
— Понятно. И когда к нам прибудут гости?
— Уже, уже… — неловко улыбнулась Патрисия. — Они уже входят в бух-ту…
Из-за волнения моря дельфинов не было видно. Они не выпрыгивали из воды, а двигались предельно осторожно — быстрый, неуловимый вдох и продолжительное, стремительное скольжение. Но в относительно спокойной бухте, киты уже не могли маскировать свой выход на поверхность.
Всего прибыло около ста особей во главе с Белым. Он плыл в середине группы, не отставая и не перегоняя товарищей, а у самого берега выдвинулся вперёд и теперь находился всего в метре от Патрисии.
— Он хочет, чтобы ты подошёл к воде…нет, вошёл в неё таким, какой ты есть на самом деле…
Руководитель смутился. Устраивать стриптиз при большом стечении народа не входило в его планы…
— Они просят поторопиться…
Вилли беззлобно чертыхнулся, вошёл в воду по горло и только потом разделся.
— Что дальше? — спросил он, выглядывая из воды, словно нерпа.
— Начинай петь вместе с ними, а дальше…не пойму…не знаю, как ска-зать.
— А вот тебе хрен в дудку! — неожиданно взбесился Лабер, ткнув Белому в нос кукишем. — Тоже мне, экзаменаторы выискались! Может вам ещё и танец живота показать? — он натянул штаны, куртку и вылез на берег. По Руководителю бежали потоки воды, и отовсюду капало. — Передай ему, тьфу, чёрт, прости, Патрисия, я погорячился. Нам здесь делать больше нечего. Попели и хватит!
— Гости не понимают, почему ты ушёл. Не надо бояться. Больше ничего не понимаю. У меня болит голова…
Вилли подхватил девочку на руки и ушёл, а дельфины так и остались в недоумении возле берега. Они ещё немного потолкались и уплыли восвояси.
Руководитель прекрасно сознавал, что криками, раздражением и руганью ничего решить нельзя. Однако сегодня на карту ставилось слишком многое и он не мог себе позволить, не имел права допустить перекос во взаимоотношениях с китами. Сейчас закладывался фундамент будущего общежития, поэтому лучше уж вспылить сегодня, чем завтра разрушить уже построенное… Но всё равно на душе у Лабера было погано. Он не справился с эмоциями и позволил себе безобразную выходку. Чем это обернётся в дальнейшем он не знал и боялся загадывать. Увы, дело было сделано. Поступок совершён. Оставалось только ждать его последствий…
Вилли отнёс девочку домой, сел в истребитель и улетел в Дальний посёлок. Он хотел посоветоваться с Ли Фу.
Старик встретил Руководитель сдержанно и спокойно. Последнее время он всё реже появлялся на людях — торопился до своей кончины завершить труд жизни «Размышления о развитии общества». Последние события внесли большие коррективы в мироощущение Ли Фу, и он принялся переписывать объёмистое сочинение сызнова. Постепенно темпы работы заметно снизились. Мыслителя что-то терзало изнутри, не позволяя сосредоточиться на работе…
Пока Вилли усаживался за стол, на нём уже появился пузатый, немного кривой чайник, мёд, сахар и хрустящее печенье в плоской глиняной тарелке.
— Как продвигается работа над «Размышлениями…»? — поинтересовался гость. — Скоро ли я смогу прочесть твой замечательный труд?
— Нет, — коротко ответил старик и отхлебнул из кружки. — Я сжёг рукописи и черновики. Все, до последнего листочка…
Гриз положил надкушенное печенье на тарелку и с удивление воззрился на Ли Фу.
— Не хочу на старости лет уподобляться глупцу, который за кружкой браги у Ба Си заявляет, будто знает о жизни всё! Я был слишком самонадеян и ничего не понимал, когда брался за столь серьёзное исследование. Однако действительность отрезвляет. На нас влияет слишком много факторов, и нам просто не дано осознать, какие изменения они привнесут в общество на протяжении сотен лет. Последнее время я продолжал заниматься работой по инерции. Поверь, бесконечно трудно сознаться самому себе в глупости. Очень больно и унизительно.
— Ты неоднократно рассказывал мне о бессмертных трактатах, которые прочёл за свою долгую жизнь. Помню, ты с восторгом и некоторым умилением восхищался глубиной мысли и знанием человеческой сущности в них содержащихся! Я более чем уверен — ты способен на большее. Я верю в тебя!
