— Нет у вас никакой системы! — оборвал Гриз. — Вы наскоро обучаете пилотов, показываете, как давить на гашетку и вперёд! Идиотизм!..
— У нас нет времени на более углублённое обучение.
— Ерунда! Противника должно бить влёт, с первого залпа, а не палить в белый свет, как в копеечку! Ваши идиоты инструкторы вбивают в новобранца мысль, что завтра он пойдёт в рейд и там сложит голову во имя родного мира!
— Это плохо?
— Да не на копья он должен бросаться, а вернуться домой с победой, живым и невредимым. Сложить голову не сложно, для этого большой доблести и ума не требуется. Да что я тебя уговариваю!? Будем всё менять. Координально!..
— Ну, разошёлся. У тебя есть конкретные предложения? Тогда говори… Если нет — молчи. Наша система ему, видите ли, не нравится! А чем она плоха? Согласен, пилоты гибнут, но они уничтожают аппараты противника, тем самым, ослабляя его.
— Не противника они ликвидируют, дорогой Джон, а беспилотные железяки. Райберы практически не несут потерь в живой силе. Надо бить по кораблям, с которых снимаются автоматы, а вы, вместо этого, гоняетесь за консервными банками.
— Хорошо, — поставил точку Джон. — Дрессируй свою команду, а там посмотрим. Докажи свою правоту на деле.
— Согласен. Слова — всего лишь слова. Через месяцок посмотрим.
Но судьбе не угодно идти на поводу у людских желаний. Она своевольна и капризна.
Через две недели после исторического разговора штурмовики райберов вошли в дальний сектор и разнесли в клочья пограничный форпост Третьей Силы. Ударили в набат. Наспех сколотили четыре двойки, но Гриз взбунтовался. Пилоты только начали делать первые шаги по овладению тонкостями пилотирования и едва могли самостоятельно стартовать, а там, как бог на душу положит. Получалось — их посылали на верную смерть. Но что было самое поразительное — юнцы с пеной у рта рвались в бой и с кулаками набросились на Лабера, когда тот потребовал отменить их вылет. Примчался Джон и успокоил, начавшего выходить из себя, Вилли, при-крикнул на молодёжь. Начали серьёзный разговор. На импровизированном совещании присутствовали трое военных из Генерального Штаба.
— Вам известно лучше, чем кому-либо, — говорил глухим голосом Главный Стратег. — На данном направлении наш фронт оголён. Потребуется не менее суток, чтобы подтянуть основные силы. За это время неприятель продвинется на значительное расстояние и нанесёт нам существенный, трудновосполнимый урон. Вывод: нам просто необходимо заткнуть брешь, причём любым способом. Хотим мы того или нет, но нам в любом случае придётся пожертвовать добровольцами. Поймите, нам некого больше послать. Промедление смерти подобно. Никогда враг не подходил так близко, и не действовал столь дерзко.
— Ну, уж нет — перебил его Гриз. У него от бешенства подёргивалась левая щека. — А вы на что? Вы разве не военные? Все считают за честь отдать живот свой за родные планеты! Так в чём дело? Вперёд, за славой и вечной благодарностью потомков!..
Военачальники смутились. Подобные вещи Джон видел впервые. Он сам немного растерялся.
— Мы осуществляем общее руководство, — неуверенно заговорил Второй Стратег. — Разрабатываем перспективные планы, корректируем деятельность подчинённых. Кому-то надо управлять действиями вооружённых сил. Только мы владеем полной информацией.
— Получается, вам легче посылать на смерть бестолковых мальчишек, чем самим идти в бой за правое дело? То, что вы творите, координированием назвать нельзя. Вы постоянно занимаетесь латанием дыр. Будь я на стороне противника, то раздолбал бы вас за неделю.
Главный Стратег в ужасе отпрянул. Джон испуганно замигал.
— Что, не нравится? — наступал на них Гриз. — Хорьки! Окопались тут. Наотъедали рожи, за неделю не обсерешь! Я вам спокойно жить не дам! Придётся жирок-то растрясти! Слушай мою команду! Вылетаем немедленно! Военные с Джоном пойдут на тяжёлом бомбардировщике, но пилотировать его я доверю только своему парню. Ваши истерички ни на что не способны. Как увидят цель, так сразу норовят погибнуть. Сумасшедший дом!
— Кто вам позволил говорить так о наших детях, отдающих за Родину самое дорогое — жизнь, — не выдержал Второй Стратег. — Да кто вы такой!?..
— Значит, говорить нельзя, а посылать можно. Ловко у вас получается!
— Я не позволю…
Договорить Второй Стратег не успел. Вилли сгрёб его за грудки одно рукой, оторвал от пола и впервые в жизни рявкнул во всё глотку.
— Я вам покажу детей! Мясники! Дух вышибу!
Джон еле успокоил расходившегося гостя.
Гриз, бормоча ругательства и проклятья, отправился готовиться к рейду. Военные, всё ещё бледные от перенесённого потрясения, поспешили к причалу, где высилась громада бомбардировщика. Сейчас представители Штаба испытали настоящий шок. Они даже в кошмарном сне не могли предположить, что посланец Светлого Мира способен на подобное. Священная Книга говорила об ином…
Через двенадцать часов стартовали. Лабер принялся командовать:
