Покинув здание больницы, обе поспешили к машине Анны. И пусть этот короткий путь дался девушке нелегко, напоминая о болезни и слабости, она чувствовала облегчение в душе. Добравшись до автомобиля, Лена устало опустилась на пассажирское сидение и стерла испарину со лба. Врач же предупреждал, что первое время ей необходимо находиться в постели. Девушка надеялась, что мать Анны не откажет ей в гостеприимстве.
Странно, но Елена никогда не видела, да собственно и не знала, где жила мать Анны. Мачеха никогда не упоминала о ней в разговорах, что случались за совместной трапезой, иногда Анна уезжала по делам, но раньше Елену это не интересовало. Живя с мачехой в состоянии необъявленной «холодной» войны, она старалась как можно реже пересекаться с ней и даже жила в общежитии при университете. Потом незаметно перебралась в съемную студию, где она и несколько ее одногруппников работали или готовились к выставке. Ну, а в редкие моменты встреч с мачехой, они чаще всего «обменивались» взаимными колкостями — так что, девушка, к своему стыду, о мачехе знала мало.
Машина мягко тронулась с места, и вскоре огни фонарей скрылись в наступающей темноте ночи. Дорога шла через лес, ведя к загородному поселку. В нем, Лена знала, жили довольно состоятельные семьи, и это стало открытием, что мать Анны живет там.
Вскоре огни города скрылись за густыми кронами лесополосы, что окружала поселок, а девушку постепенно начали одолевать сомнения. Вдруг мать Анны откажет, не желая ссориться еще больше с состоятельным зятем? Ведь, судя по всему, именно ее отец купил дом в этом поселке для тещи, впрочем, она могла и ошибаться.
Постепенно мягкое покачивание машины и тихая музыка в салоне успокаивающе подействовали на натянутые до предела нервы Елены. Смутное беспокойство, даже страх, еще тревожили девушку, и она устало прикрыла глаза, пытаясь расслабиться. Даже не заметила, как задремала под тихую мелодию. И снова она увидела глаза цвета грозового неба, смотревшие на нее с тревогой. Он что-то шептал девушке, но слов разобрать Лена не смогла. Да и не хотелось ей выплывать из этого сказочного сна, боясь снова проснуться на холодной постели и мокрой от слез подушке.
Резкий удар по тормозам, и девушка повисла на ремнях безопасности. Пытаясь понять, что произошло, она сонно хлопала глазами, а затем обернулась к Анне. В свете мигающих огоньков на приборной панели автомобиля, мачеха выглядела пугающе. На ее полных, чувственных губах блуждала улыбка, больше похожая на улыбку сумасшедшего человека. Анна медленно повернулась и уставилась на Елену немигающим взором голубых глаз. Девушка похолодела от страха, только теперь понимая, какую ошибку она совершила, доверившись и поверив словам Анны. Ведь приехала она вовсе не для того, чтобы помочь ей и спасти от гнева отца и «жениха», а наоборот — избавиться от надоевшей падчерицы. Пальцы Елены судорожно сжали ремень, а автомобиль неожиданно превратился в ловушку. На секунду Анна отвлеклась от лица девушки и, покопавшись где-то под своим креслом, достала небольшой пистолет. Девушка в ужасе отпрянула к двери, сжимая одной рукой ремень безопасности, а вторую осторожно завела за спину.
— Что ты хочешь? — прошептала Елена, пытаясь нащупать рукой ручку дверцы, чтобы открыть ее. Другой рукой скользнула по ремню вниз, чтобы нащупать защелку. Все это она проделала под немигающим взглядом мачехи. Девушка гулко сглотнула, смачивая пересохшее горло.
— Хочу избавиться от тебя раз и навсегда, — произнесла та наконец, отвечая на вопрос девушки. Лена с ужасом смотрела на серебристый пистолет в ее руках. — Ты даже не представляешь, как я тебя ненавижу. Все это время у тебя было все, о чем я могла только мечтать всю свою жизнь — деньги, власть, достойное образование, — Анна направила дуло пистолета на грудь падчерицы. — Все эти годы ты жила в роскоши и достатке, кушала вкусную еду, каталась по курортам за папины денежки. А что было у меня? Знаешь, где я выросла? — Лена отрицательно качнула головой, не сводя взгляда с оружия. — В приюте. Знаешь, сколько там нас было в одной комнате, пока ты спала на мягкой постельке? А чем кормят там детей, знаешь?! А я тебе скажу…
— Послушай, Ань, я…
— Заткнись! — взвизгнула Анна, ткнув в грудь девушки пистолетом. — Каша, склизкая, как клей на завтрак, ненавистный капустный суп на обед, а я ненавидела капусту!!! Ею кормят постоянно… а еще противная перловка..
— Анна, ты поэтому меня хочешь убить? — как можно спокойнее спросила Елена, хотя все внутри дрожало от страха. Что же делать? Как остановить ее? Девушка лихорадочно соображала, как ей поступить. Хватит ли времени, чтобы выскочить из автомобиля? — Но ведь это глупо, я не виновата в том, что… подожди, но ты сказала…
— Нет, — ядовито улыбнулась ей в ответ мачеха. Сейчас она выглядела просто безумной, и это откровенно пугало Лену. — Ты виновата. Ты! И только ты! Виновата во всем! И ответишь за это, — а затем без перехода добавила, — я беременна!
— П-поздравляю…
